Книга Ее душа, страница 55 – Харли Лару

— Если нужен воздух, только попроси.

— Пожалуйста…

Он отпустил меня, но лишь затем, чтобы поднять и усадить на надгробие. Бедрами раздвинул ноги. Холод камня пробирался сквозь юбку. Леон дохнул на впадинку между ключицами, провел по ней языком, добрался до шеи и укусил. Запустив руку мне в волосы, он оттянул голову назад и укусил снова: опасно близко к яремной вене, выступившей под кожей. Кажется, демон собирался оставить метки по всему телу.

Я поддалась своей страсти – хотела его так сильно, что сама этого боялась. Ногтями впилась ему в спину, царапая лопатки. Леон хрипло порыкивал от удовольствия. Отпустив мои волосы, он встал на колени и жадно схватил меня за бедра.

При виде золотых глаз, горевших огнем между моих разведенных ног, я затаила дыхание. Леон прикусил ткань легинсов и рванул ее зубами, проделывая дыру. Снова уставился на меня, и по телу побежали мурашки, предупреждая об опасности.

— Как же мешает эта одежда, – прорычал он и когтями разодрал одну штанину до щиколотки, затем другую, остервенело терзая ткань. Я вцепилась в надгробие, чтобы не упасть – ноги дрожали. Когда от легинсов остались лишь лохмотья, Леон опустил голову и провел раздвоенным языком вдоль бедра, заставляя меня вздрогнуть.

— Какая ты чувствительная, – тихо произнес он, слегка прикусив кожу. – Черт, мне нравится, как ты дрожишь…

Его руки скользнули под юбку, нащупав сквозь остатки легинсов кружевные трусики. Они пали следующей жертвой: Леон разорвал их и отбросил в сторону, но перед этим поднес к носу и глубоко вдохнул. Зрачки у него расширились, взгляд стал диким. Острые когти царапнули нежную кожу, выступила кровь. Он слизал каждую каплю и усмехнулся, когда от неожиданности я невольно приоткрыла рот.

— Думаешь, я оставлю хоть что-то? – Голос у него звучал так низко и мрачно, что по спине будто проползла змея, свиваясь узлом на затылке. – Я тебя живьем сожру, Рэйлин.

Когти впились глубже, вырывая из меня крик. Леон уставился на тонкую алую струйку, стекавшую по бедру, и тут же поймал ее языком.

Я затряслась. Нечеловечески яркие золотые глаза неотрывно смотрели на меня.

— Мне мало твоей крови, Рэйлин. – Он навис надо мной. – Кровь, слезы, пот – все это будет моим. Отбрось все свои запреты. Они тебе больше не нужны.

Длинный раздвоенный язык показался наружу. Я видела людей, которые нарочно с собой такое проделывали, но у Леона язык оказался поразительно длинным и поистине чудовищным.

Он вызывал во мне помесь возбуждения и страха, и когда я попыталась заговорить, из горла вырвался лишь судорожный вздох.

— Хочу его почувствовать, – прошептала я. – Пожалуйста…

Леон встал, легко сдернув меня с надгробия. Мир качнулся: меня развернули спиной, заставив свесить голову. Очки улетели в траву, перед глазами все расплылось, и я зажмурилась – голова кружилась слишком сильно.

Моя промежность оказалась прямо перед его лицом. Юбка в этой позе ничего не скрывала. Я шумно выдохнула, захлебываясь смущением, похотью и полным замешательством. Язык Леона скользнул по мне, исследуя складки, собирая возбуждение и – о черт! – описывая круги вокруг клитора. Я дернулась, не в силах сдержать дрожь, но Леон сжал меня крепче. Его когти впились в бока, и боль лишь подстегнула ощущения. Он втянул клитор в рот, словно смакуя, затем принялся ласкать меня, безошибочно находя самые чувствительные точки.