Книга Цветы пиона на снегу. Том 5, страница 92 – Моргана Маро

— Снова этот пес подле его величества…

— Даже собака не такая верная, как этот человек.

Император прекрасно слышал их слова и находил их забавными. Хэ Гоу – единственный во всех Царствах человек, который готов пожертвовать своей жизнью ради этого старого демона. Другие же будут бахвалиться своей честью и преданностью, но в итоге побоятся и кровинку проронить.

На соседних лодках играли барабаны, гуцинь и сяо. Служанка в пестрой одежде подала Тоу Цанбаю холодные фрукты, и тот кивком головы отпустил ее. Император неторопливо закинул пару виноградин в рот, приятно лопнувших и растекшихся соком на языке.

Императорская лодка неторопливо подплыла к мосту, подобно спине дракона перекинутому через реку. На нем стояли служанки с корзинами лепестков – они тут же взяли горсть и щедро осыпали лодку. Министры и чиновники довольно запричитали, но один из них вдруг вскрикнул, схватив ползущий по руке лепесток с лапками и острым жалом.

— Это… это…

— Демоны! – вдруг закричал кто-то, и стайка розовых лепестков выпорхнула из корзин испуганно взвизгнувших девушек, подобно рою накрыв лодку императора.

Лепестки, оказавшиеся демоническими насекомыми, нападали на людей, больно кусая их за кожу и заставляя прыгать в воду.

Перед глазами Тоу Цанбая сверкнуло лезвие, и несколько десятков насекомых тут же оказались разрезаны. Хэ Гоу действовал быстро, не подпуская к хозяину даже тень от этих демонов и не боясь, что его самого укусят.

Сам император сохранял поразительное спокойствие. Переведя ленивый взгляд выше, где на мосту в беспорядке бегали стражники и служанки, он заметил одну спокойную фигуру. Облокотившись о перила, там стояла девушка в розовой одежде, с зонтиком и соблазнительной улыбкой. Заметив взгляд императора, она чуть наклонила голову и помахала ему пальчиками, словно звала к себе.

Над лодкой вспыхнула тонкая золотая сеть, тут же испепелившая всех демонических насекомых. Подоспевшие заклинатели из Сюэши несколькими жестами обернули панику в представление: они запустили над рекой золотые искры, которые тут же стали рыбами, развеселив толпу. Чиновники, оказавшиеся в воде, побагровели от стыда и поспешили взобраться на лодку. Странная девушка продолжила свой путь, и когда Тоу Цанбай вновь взглянул на мост, ее уже там не было. Однако не только он ее заметил; опустившись перед ним на колени, Хэ Гоу негромко произнес:

— Если позволите…

— Будь рядом, – перебил его император. – С ней ты не справишься.

На скулах стража заходили желваки, но он не стал спорить, послушно заняв место подле хозяина.

Лодка прибилась к берегу за пару ли от столицы, где уже стояли шатры и столы для проведения праздника. Один из евнухов заботливо проводил Тоу Цанбая в главный шатер, веля подать вино и еду. Собравшиеся министры один за другим возносили похвалу императору, весьма быстро напиваясь и хмелея.

Тоу Цанбай сделал всего пару глотков и больше не стал пить, он взглянул на Хэ Гоу подле себя и смягчился:

— Сядь рядом со мной и выпей вина.

— Я не смею.

— Это приказ.

Не смея его ослушаться, страж опустился рядом, собираясь налить себе в чашу вино, но Тоу Цанбай молча отдал ему свое недопитое. С улыбкой глядя на мужчину подле себя, что обогнал его почти на целую голову в росте, он не мог не вздохнуть: