Книга Гарем на шагоходе. Том 9, страница 148 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

— Капитан, это было… божественно! — выдохнул какой-то хлыщ в визоре с позолоченной оправой. — Где вы так научились?

— В армейском кружке самодеятельности, — буркнул я, подхватывая фужер с шампанским с подноса официанта.

— А ваша спутница! — подхватила его дама, увешанная бриллиантами, как новогодняя ёлка. — Она профессиональная танцовщица?

— Она профессиональная заноза в заднице, — ответил я, но Кармилла, стоявшая рядом, всё услышала и одарила меня таким взглядом, что шампанское в моём бокале могло бы замёрзнуть.

— Кармилла, ты же понимаешь, как провинилась? — шепнул я на ухо вампирше, когда волна магнатов отхлынула от нас.

— Конечно, дорогой, — сладко улыбнулась она. — И ты обязательно накажешь меня со всей строгостью. Но не сейчас. А сейчас у нас светский раут и нужно соответствовать.

— Ты уже видела в новостях, что произошло по дороге сюда?

— Миранда Фифи очень долго и самозабвенно орала о разрушениях, которые ты устроил в Центральном парке, — улыбнулась кровососка. — Боже, я видела тебя в деле. Это было незабываемо, я вся…

— Вот не надо, — перебил я. — Сохраняй приличие.

— … я вся трепещу от восторга, — закончила она фразу, но уже в цензурном ключе.

И тут в наш интимный микрокосмос ворвался ураган по имени Сэша.

— КАРМИЛЛА! КИТИ-КИТИ! ТЫ ПРИЕХАЛА! — её ликующий крик пронзил гул зала.

Она подлетела к нам, едва не снося по пути ошеломлённого официанта с подносом, и бросилась на шею вампирше.

— Я так рада! А я тут со всеми познакомилась, кити-кити! Тут столько дяденек, все так на меня смотрят и улыбаются! А тётеньки тоже улыбаются, но как-то неправильно! И тут киты, а из них гадость течёт, а ты такая красивая! Ой, а этот цветочек такой смешной! — всё это она выпалила на одном дыхании, её хвост хлестал по воздуху, а уши подрагивали от восторга.

Кармилла, стараясь сохранить остатки своего вампирского достоинства, аккуратно высвободилась из её объятий.

— С-с-спасибо, дорогая. Я тоже… рада тебя видеть. Ты, я смотрю, тут всех покорила.

— Ага! — Сэша сияла. — А один дяденька, который пахнет старыми носками, хотел потрогать мой хвост, но я ему не дала! Потому что ты говорила, что хвост — только для самых близких! А он не близкий! Он вонючий!

Вампирша бросила на меня многозначительный взгляд, полный ехидства. Мол, видишь, какую полезную программу я ей загрузила.

— Мудрое решение, — процедила я, чувствуя, как в кармане возится стебелёк бутона, устраиваясь поудобнее. — Очень мудрое.

— Пойдём, я тебя со всями познакомлю! — Сэша схватила Кармиллу за руку и уже потащила её в толпу. — Тут есть тётя, у которой шляпа как у инопланетной козы! И очень большой оранжевый дядя, который всё время молчит и жестикулирует, а за ним худой человечек переводит! Это так смешно, кити-кити!

Кармилла, пассуя под натиском ангорийки, успела бросить мне через плечо:

— Развлекайся, милый. Поцелуй свой бутон. Похоже, вы друг друга заслуживаете.

Я вытащил из кармана смятый, негодующе шипящий цветок.

— Ну что, дружище, — вздохнул я. — Остались вдвоём. Веди себя прилично, иначе засушу для гербария.

Бутон в ответ злобно щёлкнул зубами, явно намекая, что его планы на вечер не включали в себя оказаться раздавленным во время страстных поцелуев.

Я сунул его обратно в карман и повернулся к гостям.