Книга Гарем на шагоходе. Том 9, страница 41 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Я откинулся в кресле. Мой «Антеро» не был создан для изящных маневров. Он был создан для того, чтобы методично, выстрел за выстрелом, превращать вражеские позиции в лунный пейзаж. И в этом ему не было равных.

— Наводчик, цель — свита «Джамбо». Бортовые батареи, беглый огонь по площадям. Зарядить «Шквал». Главный калибр, цель — «Джамбо». Зарядить два «Кинжала-Т». Ждём команды Ворона.

— Есть, капитан! — отозвался мой офицер-артиллерист.

Двенадцать 152-мм стволов по бортам «Антеро» заговорили в унисон, создавая вокруг «Джамбо» огненный ад. Снаряды ложились плотным ковром, разрывая на части легкие шагоходы, которые пытались прикрыть своего гиганта. Это не нанесло бы самому «Джамбо» серьезного вреда, но заставило его операторов ПВО и командира сосредоточиться на отражении нашей атаки, а не на координации обороны.

— Я — наковальня, — закончил Ворон. — Захожу ему в борт с той стороны, где валяется остов супертанка.

Его «Звероящер» двигался совершенно иначе, чем «Мехатиран». Не с яростью берсерка, а с хищной грацией гигантской ящерицы. Он скользил между воронками и остовами, его приземистый силуэт почти сливался с дымом и руинами. Ворон был мастером своего дела.

«Джамбо» тем временем полностью переключился на Беркута. Его огромные «уши»-радиаторы покраснели от напряжения, а «хобот» изверг новый поток шипящей кислоты. Беркут, хохоча, заставил своего «Мехатирана» сделать почти акробатический пируэт, и струя прожгла в земле дымящуюся траншею там, где он был секунду назад.

— Промазал, косой! — орал Беркут в эфир. — Тебя в цирке учили стрелять? Моя бабушка из рогатки точнее попадает!

Две башни-«бивни» на голове «Джамбо» открыли огонь из своих 130-мм пушек. Снаряды забарабанили по броне «Мехатирана». Динамическая защита сработала, отбросив кумулятивные струи, но машину Беркута ощутимо тряхнуло. Один из снарядов попал в плечевое сочленение, и правая рука с 30-мм пушкой безвольно повисла.

— А вот это уже неприятно! — прорычал Беркут. — Мою пушечку поцарапал, ублюдок! Ворон, ты там уснул, что ли? Я тут, между прочим, принимаю на себя весь удар!

— Терпение, мой вспыльчивый друг, — невозмутимо отозвался Ворон. Его «Звероящер» как раз занял позицию за дымящимся остовом супертанка. — Искусство требует подготовки. А теперь замри и наслаждайся. Огонь.

Спаренная «Гильотина-180» на спине «Звероящера» выплюнула два бронебойных снаряда. Они ударили точно в коленное сочленение задней левой ноги «Джамбо». Броня выдержала, но на ней появилась сеть глубоких трещин, а сам гигант начал заметно прихрамывать. Он взревел, как раненый зверь, и попытался развернуться в сторону новой угрозы, неуклюже переставляя ноги.

— Не дать ему развернуться! — скомандовал Ворон. — Беркут, твой выход! Молот, бей!

— С превеликим удовольствием! — прорычал Беркут.

«Мехатиран», игнорируя поврежденную руку, ринулся вперёд, сокращая дистанцию. Он проскочил под самым «хоботом» и дал прицельный залп в повреждённое сочленение. Раздался чудовищный скрежет металла. «Джамбо» качнулся, теряя равновесие.

Это был наш шанс.

— Волк, твой выход! — раздался в ушах голос Ворона. — Цель — основание хобота! Там цистерна с кислотой! Огонь на поражение!

— Наводчик! Огонь! — скомандовал я.

«Антеро» содрогнулся всем своим двенадцатитысячетонным телом. Два 450-мм снаряда класса «Разрушитель» ушли в небо по высокой дуге. На мгновение показалось, что время замедлилось. Я видел на главном экране, как они достигли высшей точки и начали падать, превращаясь в две огненные точки.