Книга Инженер. Система против монстров 5, страница 51 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Тень молча, одним плавным движением, щёлкнул тумблером. Перед вагоном, прорезая абсолютный мрак, вспыхнули два желтоватых луча. Они выхватили из тьмы бесконечный бетонный короб, убегающий вдаль. Шпалы, кабели, тянущиеся вдоль стен, влажные потёки на бетоне. Свет фар дрожал, плясал в такт движению вагона, создавая жутковатую картину. Казалось, что не мы едем, а сам тоннель, живой и бесконечный, несётся на нас.

— Олеся! — позвал я, не оборачиваясь. — Ко мне, быстро!

Через секунду в дверях кабины показалась её русая голова. Девочка с любопытством оглядела пульт управления, светящиеся лампочки, убегающие вдаль рельсы.

— Где твои лазутчики? — спросил я, обернувшись.

— Они впереди, дядя Лёша. Летят.

— Соединись с ними. Мне нужно знать, что там.

Олеся кивнула, её лицо мгновенно стало серьёзным, как у настоящего солдата на боевом задании. Она закрыла глаза. Я ощутил, как лёгкая волна маны прошла по её телу. Когда она снова открыла глаза, они изменились. Голубая радужка приобрела мягкое свечение, полностью перекрыв зрачки. Пустой, нечеловеческий, всевидящий взгляд.

— Я их вижу… чувствую… — прошептала она отстранённым голосом, глядя не на меня, а куда-то сквозь кабину. — Они уже далеко. Очень далеко. Темно. Сыро. Пахнет плесенью и… чем-то кислым.

— Опасность есть? Препятствия? Другой поезд на путях?

— Нет, — помотала она головой. Голубое свечение в её глазах слегка запульсировало. — Пусто. Только рельсы и стены. И капли с потолка.

В кабину заглянула Искра. Она с тревогой посмотрела сначала на меня, потом на Олесю, на её светящиеся глаза.

— Жутковато выглядит, — пробормотала она и встала рядом со мной, вглядываясь в лобовое стекло. Свет фар выхватывал из темноты лишь ближайшие пятьдесят-шестьдесят метров. Дальше была просто чёрная пустота.

— Здесь тесновато, — сказал я, выталкивая её обратно.

— Слушай, мелочь, — обратилась она к Олесе. — А как твои жучары там ориентируются? Они же вряд ли получили перк «Зрение крота».

Девочка, не выходя из транса, слегка наклонила голову.

— Я не знаю, как это объяснить… — её голос был тихим, похожим на эхо. — Я не вижу картинку. Я… чувствую. Воздух дрожит. От стен, от потолка, от рельсов. Всё дрожит по-разному. И запахи. Их очень много. Запах бетонной пыли. Запах ржавого железа. Запах… старой крови…

— Запахи… — хмыкнула Искра. — Ну да, для таких вонючек, как Смердюки, запахи, наверное, самое главное в жизни. Хотя странно, как они умудряются что-то различать за собственной вонью.

— Они сейчас почти не воняют, — обиделась Олеся. — Это только когда пугаются или нападают. И у них отличный нюх, они всё-всё чуют.

— Продолжай наблюдение, штурман, — сказал я ей мягко. — Если что-то изменится, хоть малейшая вибрация, новый запах, что угодно, сразу говори. Не отвлекайся.

Она кивнула, продолжая смотреть в пустоту. Ушла в погружение по максимуму. Теперь она снова где-то там, впереди, несётся сквозь тьму на жёстких крыльях своих питомцев.

— А ты, — я посмотрел на Искру. — Вот, держи.

Протянул ей «Фонарщика» и активировал его в режиме слабого света.

— Экономишь на освещении в салоне? — хмыкнула рыжая, принимая.

— Да, экономлю, — пожал я плечами. — Каждая единица маны сейчас нужна, чтобы поддерживать движение поезда. Всё, топай, — я развернул её за плечи и поддал под зад ладонью. Девушка ойкнула, прыснула и вернулась в салон.