Онлайн книга «Искатель, 2011 № 04»
|
— Это почему? — Потому что он вам скажет, что случайно заходил в подсобку магазина и потерял амулет. Зачем заходил — не помнит. Может, с продавцом о чем-то поговорить по секрету, а может, ящики помогал переносить. И если он даже причастен к краже водки, что вы ему предъявите? Ничего! В магазин он не проникал, дверь не открывалась, а Коля не святой дух и не привидение, чтобы проходить сквозь стены. Нужно поработать, поразмышлять еще, понаблюдать за кочегаром, собрать о нем сведения, узнать, что он за человек и чем дышит? И только потом приступать к допросам. Амулет — это косвенная улика, и на ней дела не построишь. — Хорошо, Лев Михайлович, так и сделаем. Завтра же опять вылетаем с Пенкиным в Слаутное и продолжим расследование. ...Прибыв на место, мы с Виктором Ивановичем вызвали свидетеля Ивана Нутэлкута, которому показали найденный в магазине амулет. — Не видел ли ты, Ваня, у кого-нибудь эту приметную и редкую вещичку? — Как не видел? Ваня все видел, однако. У Коли Камака видел. Он у убитого мисы коготок веял, плокулол скулу блал — дасе не саметил. А Коля на веревоску коготь привясал, на сею себе повесил и носил. Стобы слых духов отгонять, однако. Недавно вису, на сее у Коли когтя нет. Спласиваю: «Посему обелег снял, Коля?» А он отвесает: «Потелял, Ваня, где-то, сам не снаю где...» А вы наели, сначит обелег? Вот Коля обладуется! Он им сибко сильно долосил. Коготь Колю белег, а тот его не сохланил. Так полусается? — Ваня, пока Коле ничего не говори о том, что мы нашли амулет. Так надо! Понял? Если скажешь — злые духи тебя накажут, со свету сживут. — Надо так надо, — твердо пообещал хранить обет молчания абориген. Страх перед карой злых духов был лучшей гарантией того, что коряк будет держать язык за зубами. На очереди была продавец Никитина. На допрос Люба пришла причепуренная, в новом платье, на голове модная прическа. — Ты что, Любаша, на свиданье к Сажину Славику собиралась? Или следователю хочешь пыль в глаза пустить? Так он у нас стойкий по части женского пола, — встретил Виктор Иванович торговку неожиданным вопросом. — И это вы уже знаете? Кто-то вам уже донес? Вот люди! Везде свой нос суют, а потом языком чешут! — ответила завмаг. — Люди здесь ни при чем, Люба. Не надо кое-кому в подсобке форменные пуговицы терять, — начал я разговор. — Скажи-ка, пожалуйста, а кто, кроме Сажина, к тебе в подсобку заходил в последнее время? — Никто! — А ты подумай хорошенько... Люба насупила брови, сморщила лоб, задумалась, а потом радостно, словно получила завещание от бабушки, молвила: «Забыла я... Грузчики же Толя и Коля там часто толклись, то товары заносили, то что-то перекладывали, а кроме них я туда никого не пускала... — Не считая участкового, — не удержавшись, добавил я. — Участковый заходил, — зарделась женщина, — но ему по работе положено везде проверять... — Проверять, где положено и где не положено, — съязвил оперативник и хитро улыбнулся. — Это с какой стороны посмотреть, — парировала находчивая продавщица. — Вы, товарищи следователи, только его жене Зине ничего не говорите, а то она меня со свету сживет. — Нам-то что, Люба. Мы не скажем, другие донесут, — возразил я. — Сколько секрет ни храни за семью печатями, он все равно наружу вылезет. Хватит об этом, давай ближе к делу... |