Книга Ведьма сладкой деревни, страница 53 – Марин Сэнгель

Последние слова звучат как предупреждение. Я вспоминаю, как Бэйби предостерегала, что ведьма может подслушивать нас. Решаю сменить тему.

— Я видела в Печи детей – обожжённых, израненных…

— Ну да. И что?

— Но я думала, еда всех исцеляет, – уточняю я.

— Тем, кто Её не слушается, она оставляет шрамы. Если Она тебя накажет, раны не заживут. Сколько конфет ни съешь, на коже будут видны следы.

Чем больше я узнаю о Ней, тем чаще меня бросает в дрожь. Выходит, Она ещё и мучает беззащитных детей.

— Что Она вообще от нас хочет? – тихо спрашиваю я. – Зачем Она нас сюда привела?

Грог отвечает не задумываясь.

— Я же говорил. Она хочет, чтобы мы ели и работали – этим мы и занимаемся целыми днями. Поспать и на следующий день по новой. Пока однажды Она не выберет тебя. Тогда ты больше не вернешься. Почему – сама догадайся.

Мне не нужны догадки. Сердце колотится так, будто вот-вот вырвется из груди. Проходит минута, прежде чем мне удается подавить накатывающую волну ужаса.

— Ты ещё тут, Бланш? – проверяет Грог.

Я соплю в ответ и, чтобы отвлечься от его слов, задаю следующий вопрос.

— Как ты сюда попал? – спрашиваю я, понижая голос до шепота. – Какую Иллюзию Она тебе показала?

Я слышу, как он вздыхает, и в этот момент Тень шипит прямо возле моей камеры. Я сжимаю в руке мелки, пытаясь придать себе храбрости. К счастью, существо проходит мимо, и я позволяю себе ненадолго расслабиться.

— Мне было пятнадцать, когда это случилось, – начинает сосед. – Я стоял на улице совсем один. За пару лет до этого я сбежал из дома и нашёл заброшенный дом, где тайком ночевал. Как-то раз я спал и вдруг услышал, как кто-то пел во дворе. Открыл окно, а пустырь, который там был, исчез. Вместо него – прекрасное озеро, окружённое лесом, и горы вдали. Прямо как в сказке. До того, как сбежать, я обожал рыбалку и походы, и эта картина, возникшая при лунном свете, просто заворожила меня. Я попал в её сети, стоило мне переступить порог. Повёл себя как дурак. Можно было догадаться, что что-то не так. Никто в здравом уме не подойдёт к незнакомке в капюшоне. Но я вышел к ней. Мы поговорили, и Она пообещала, что всё это будет моим. Что я смогу жить здесь вечно. Нужно было выполнить лишь одно условие. В рождественскую ночь, когда на небе исчезнут все звезды, я должен был, стоя в воде, произнести своё имя. Так я и сделал. А потом пришли Тени.

Я внимательно слушаю его историю, но что-то не сходится.

— Прости, Грог. Но я не понимаю одного… Ты сказал, что тогда тебе было пятнадцать, но вчера ты говорил, что тебе сейчас столько же. Хотя ты уверял, что провел здесь уже несколько лет.

— На Фабрике время на нас не действует. Тебе всегда будет семнадцать, Бланш. Здорово было бы обрести вечную молодость, но только не здесь.

Это осознание вгоняет меня в оцепенение. К счастью, Грог продолжает говорить – я бы точно не смогла.

— А ты? – спрашивает он так, будто мы обсуждаем что-то обыденное. – Как ты сюда попала?

— Сглупила, как и ты, – грустно отвечаю я. – До этого я жила в приюте. Я не была одна. У меня были Братья, Сестры, Матушка и Крёстная… Мне бы радоваться этой тихой жизни, но мне всегда хотелось сбежать. Я не могла сопротивляться этому желанию. Нам запрещали выходить за пределы приюта, а я не понимала почему. А потом однажды вечером я увидела Её. Она показала мне целый город, полный огней и чудесных ароматов. Я никогда раньше не видела мира снаружи. Как и тебе, Она велела мне в рождественскую ночь произнести имя, но то было имя Матушки. Ворота, которые защищали нас, открылись, и Тени забрали меня.