Книга Ведьма сладкой деревни, страница 54 – Марин Сэнгель

— Мне жаль… Но не будь чересчур строга к себе. Все мы попались в эту ловушку. И на нас дело не закончи…

— Грог? – перебиваю я его, охваченная внезапным ужасом.

— М-м?

— Думаешь… мои Братья и Сестры в безопасности? – выдавливаю я, ощущая ком в горле. – В смысле… То, что я открыла ворота… Это же не могло открыть Ей к ним дорогу?

— Думаю, та, кого ты называешь Матушкой, знает, что делает. Если ворота открылись, она наверняка приняла меры, как только обнаружила твоё исчезновение. Если бы твои Братья и Сестры нужны были Ей так же, как ты, они бы уже были здесь. Она всегда добивается своего. Тебе скорее стоит волноваться о себе.

Он прав, одна мысль о том, что Она может заколдовать кого-то из воспитанников, ужасает меня. Я откладываю мелки, чтобы ненароком не раздавить их в руках. Кладу их рядом. Того, что они лежат неподалеку, хватает, чтобы успокоить бешеный стук моего сердца.

— Итак, сколько ты здесь, если быть точнее? – спрашиваю я, чтобы выкинуть из головы мысли о воспитанниках.

— Мне это не узнать, – отвечает Грог. – Время здесь течет иначе. Да, сирена знаменует о начале и конце дня, но я в этом не уверен. Если считать по дням – пять лет.

— И сколько детей тут появилось за это время?

— Я не слежу за этим, Бланш. Зато считаю тех, кто уходит.

Я жду несколько секунд, прежде чем прошептать:

— Сколько?

— Двести тридцать девять.

Я замолкаю. И он тоже.

Думаю о том, что рассказали мне Бэйби и Грог о Фабрике, и о недавних деталях, которые теперь нужно осмыслить. Мне ещё многое предстоит узнать об этом месте, но суть я уловила.

Нам нельзя здесь оставаться.

Что бы мне ни говорили, я найду выход.

Я сбегу отсюда.

На следующий день всё происходит точь-в-точь как в предыдущий.

Сирена и перерывы на еду – вот и весь ритм нашей жизни здесь.

Пожалуй, я могла бы к этому привыкнуть, если бы не Её Тени. И не наказания, которые обрушиваются на тех, кто осмеливается Ей перечить.

Каждый вечер, когда я ложусь спать, ко мне приходят новые кошмары – в дополнение к тем, что преследовали меня ещё до того, как я попала на Фабрику. А дети… они ничуть не лучше. По ночам их рыдания становятся громче, превращаясь в отчаянные стоны. Я слышу мольбы о помощи, крики, разрывающие сердце. И наутро всё по новой.

Когда мы идем по туннелям, я изучаю каждую щель, каждый угол, пытаясь найти выход, которые могли не заметить другие. Грог лишь усмехается, видя мои попытки. Он давно раскусил мой план. В такие моменты он лишь качает головой, но меня это не останавливает. Я найду выход. Во что бы то ни стало.

Через несколько дней, едва загораются лампы, сверху раздаётся грохот. «Новичок», – поясняет Грог. Новоприбывший мальчик не умолкает. Собираясь спускаться в Кормушку, я слышу его крики, эхом разносящиеся по коридорам.

— Кто-то же к нему подойдет, да? – спрашиваю я Бэйби.

Она, как обычно, ждёт меня у камеры, чтобы отправиться вместе на завтрак. Это уже вошло в привычку. Несмотря на нашу разницу в возрасте, Бэйби, кажется, повидала многое из того, что мне никогда не предстоит пережить.

— Завтра схожу, – отвечает она привычным мягким тоном. – В первый день лучше не лезть. Большинство детей напуганы. Некоторые вообще могут быть опасны. Я прекрасно это знаю. Сама такой была.

— Мне сложно представить тебя агрессивной.