Книга Шепот в стенах, страница 100 – Скотт Рэнкин

Чаровник выскользнул из комнаты. Цепь дважды звякнула и уползла следом за ним, как железная змея. Когда дверь закрылась, Дагвид увидел, что ее края идеально слились со стеной. Не удивительно, что они не заметили второй вход раньше.

Он распластался на столе. С каждым вздохом его грудь тяжело вздымалась. Все это время очищающее заклинание ждало, сражаясь с темной магией в комнате, и теперь Дагвид отдался ему.

Боль позволила отвлечься. На какое-то время. В конце концов страх вернулся. Нелегко было смотреть в глаза богу Равинии и разговаривать с ним так, как он это делал только что. Семь долгих лет они придумывали и вынашивали свои планы, а теперь пришлось выдать их человеку, которому Дагвид совершенно не доверял. И все же он знал, что получил взамен нечто очень ценное.

Чаровник заинтересовался.

Татуировка Кэт снова не удалась. Дагвид сказал ей, что беспокоиться не о чем. Это не имело решающего значения для их планов.

Она кипела от злости весь вечер, пока они не оказались в одной постели, стремясь помочь друг другу забыть о событиях этого дня. После того как Кэт уснула, Дагвид еще долго беспокойно ворочался. Сон ускользал от него.

Он подошел к окну. Дом был слишком бедным, чтобы позволить себе балконы, но, когда Дагвид толкнул створки окна, в комнату ворвался ночной воздух, чтобы было не менее приятно.

Внизу продолжалась жизнь. В кругах света фонарей скользили тени. Слышались обрывки разговоров. Долетал запах ароматизированных сигарет. Дагвид долго стоял, прислушиваясь к окружающему миру. Через некоторое время его обнаженное тело начало дрожать. Зима пока не пришла, но ночи в Равинии были прохладными – почти холодными. Бедра и руки покрылись мурашками.

Дагвид посмотрел на рисунки, испещрявшие его кожу. Впервые за много лет он задержал взгляд на последней татуировке Уэйра. Той, которую он никогда не использовал, никогда не обращался к ней.

Он закрыл окно. Уставившись на свое отражение в стекле, Дагвид повернулся так, чтобы видеть все изображение целиком. Вниз – от лопаток к пояснице – тянулась рука. Кончики вытянутых пальцев едва не касалась поверхности воды. Уэйр сделал ее темной – какой-то беспорядочный водоворот теней, расположившийся горизонтально, от середины спины Дагвида до бедра. Когда он разглядывал татуировку, ему казалось, что он видит другую руку, тянущуюся вверх. Он почти убедил себя в том, что кончик пальца пробивает поверхность воды и что обе кисти разделяет лишь маленькая полоска его собственной бледной кожи.

Любопытствуя, Дагвид завел руку за спину и провел большим пальцем прямо над татуировкой. Он чувствовал, что в ней скопилась огромная сила. Все это время она лишь возрастала. Так было не со всеми татуировками, но с этой и с алым странником – точно. Не использовать их – все равно что не обрезать дерево, позволяя ему становиться все выше и выше.

Дагвид пользовался алым странником два-три раза в год – и ни разу с момента приезда в Равинию. Но эта протянутая рука? Он вообще никогда ее не активировал. Сила татуировки росла уже почти десять лет.

По тому, как дрожал его большой палец, можно было судить о свойствах магии. В общих чертах. На самом деле, Дагвид никогда толком не знал, что несет в себе татуировка, пока не активировал заклинание и не видел, как оно обретает форму. Но у каждого из рисунков на его теле был свой характер. Некое основное предназначение. В данном случае Дагвид мог бы сказать, что это обмен. Он понятия не имел, с кем и для чего. Он просто знал, что если он использует магию, то произойдет своего рода сделка.