Книга Шепот в стенах, страница 27 – Скотт Рэнкин

На левом бицепсе были изображены близнецы – два бесенка с надутыми щеками, выдыхающие струи морозного ветра. Также Кэт нарисовала тонкую веревку, обвивающую его левое запястье. Если долго смотреть на этот узор, казалось, что он сливается с кожей. И наконец, в верхней части живота красовался идеально ровный круг. Простой рисунок, который пробуждал столь же простую, но умную магию. Теперь Кэт пыталась сделать четвертую татуировку. Снова.

— В который раз мы пробуем? – спросила она.

— Седьмой, – отозвался Дагвид. – Сегодня все получится.

— Не давай слово, если не сможешь его сдержать.

Он поморщился. Это было одно из немногих правил Кэт. Ее жизнь – по крайней мере, судя по тому, что он успел узнать, – была полна мелких невыполненных обещаний. Еще в самом начале их знакомства Кэт вынесла вердикт: он фанфарон. Дагвид и впрямь часто бахвалился и вел себя нахально. Он перенял это от отца и старшего брата. Но, пообщавшись с Кэт, пришел к выводу: не стоит делать громких заявлений, не имея полной уверенности.

— Я надеюсь, что все получится.

Кэт кивнула, наклонившись над ним.

— Знаешь, что говорят о надежде?

— И что же?

— Это самая яркая птица в небе, и поэтому ее легче всего убить.

Без дальнейших рассуждений она ткнула его ножом. Не слишком больно – как булавочный укол, но первый из них всегда вызывал резкую реакцию его тела.

Кэт работала методично. Она протыкала и растягивала его кожу, придавая форму своему рисунку. Он почувствовал, что выбранный участок тела начал неметь, – задолго до того, как Кэт взялась за краски.

Дагвид искренне надеялся. Неудачи случались часто. Не каждый образ удавался. Его кожа была восприимчива к магии, но непостоянна в выборе подходящих заклинаний. С годами Дагвид понял, что его собственное мнение ни на что не влияет. И не важно, насколько сильно он желал, чтобы это сработало.

Иногда, чем больше он жаждал того или иного заклинания, тем меньше было шансов, что татуировка выдержит первое использование. Марта потратила впустую бесчисленное количество рисунков. В детстве было очень тяжело выдерживать все эти муки и наблюдать, как изображение пропадает с кожи при первой же активации заклятия.

Кэт напевала песенку. Дагвид стиснул зубы, борясь с периодически возникающими вспышками боли. Наконец Кэт взяла другой инструмент, и Дагвид прерывисто выдохнул. Мало помалу на коже возникал рисунок: пятнистый олень, расположившийся на левом бедре. Его голова была поднята, и два пронзительных глаза смотрели в воображаемую даль. На голове Кэт нарисовала лишь один рог. На месте второго – только тени, не более чем отзвук изображения.

Дагвид завороженно уставился в темные глаза оленя.

— Я почти закончила, – сказала Кэт. – Ты готов?

Татуировки всегда были окружены суевериями. Некоторые считали, что магию нужно использовать немедленно. Другие полагали, что должен пройти год, чтобы она как следует впиталась в кожу. Можно было попытаться применить заклинание, держа в ладони определенную специю. И, конечно, ни в коем случае нельзя колдовать в полнолуние. Существовало бесчисленное множество способов, и ни один из них не казался Дагвиду более надежным, чем другие. Он просто терпеливо наблюдал за Кэт и ждал ее сигнала.

Она закончила, дунула на кожу и отложила инструмент.