Книга Магия льда для экспертов, страница 66 – Нинель Мягкова

— Итак, вы считаете, что в учебниках истории о чем-то умалчивают? — поинтересовался он.

Ответить прямо — да! — мне помешал внимательно наблюдающий за разговором господин Кьеллар. Боюсь, тогда меня от обвинения в мятежных замыслах и заговоре против короны не спас бы никто.

— Очень много лет прошло, ваше величество. Сложно что-то утверждать наверняка, — увильнула я.

— Тогда откуда такая уверенность в том, что эта самая… скверна… могла повлиять на разум участвовавших в ней магов?

— У меня нет в том полной уверенности. Но события начинают выглядеть немного иначе, если допустить подобную вероятность, не так ли?

В дверь постучали, и старательно изображавшие тени слуги принялись расставлять полуночное угощение. Кто попросил их принести перекус, не знаю, но он сильно облегчил мне жизнь. Перехватить печенек в своих покоях я не успела, а проголодалась из-за недавней активности знатно.

Дождавшись, пока в кабинете вновь не останутся лишь доверенные лица, король сам налил себе чаю и устало поинтересовался:

— Но откуда вообще взялась идея о скверне? Признаться, я ни разу о таком явлении не слышал. А вы? — обратился он к безопаснику.

Тот молча покачал головой.

— Все дело в дневниках моего предка, о которых господин Эйсгем уже наслышан, — я чинно сложила руки на коленях, не забыв пригубить обжигающе-горячий сладкий отвар. Слуги его величества отлично знали толк в восстановлении магических сил. — В нашей семье у некоторых проявляется особая способность — видеть ауры. Как людей, так и артефактов. Или даже обычных предметов, носящих следы энергетической активности.

Я виртуозно мешала правду с недомолвками и обтекаемыми фразами, чтобы возможные следилки или скрытые наблюдатели с даром определения истины не сумели распознать лжи. Тем более намерения у меня были самые благородные и ни малейшего зла я за душой по отношению к правящей династии не держала. Пусть хоть как проверяют. В принципе к аристократии я довольно нейтральна. Мне не нравится положение водников, это да. Но большинство ныне живущих к их плачевной участи не причастны. Те же гады, что издеваются над слабыми, наподобие четы Рекинсов, существовали во все времена, безотносительно к политической ситуации.

Я рассказала все, что сочла безопасным для себя. И об умении видеть плетения, и о том, что в человеке зараженность поначалу не распознать, а вот на объектах — очень даже. И о том, какое влияние на психику оказывает ментальная плесень. Выводов только делать не стала — пусть его величество сам плотно подумает. Любая подсказка с моей стороны будет воспринята им крайне агрессивно.

Каждое упоминание скверны король встречал скептически поджатыми губами и тяжкими вздохами, хотя только что видел ее собственными глазами.

Зато господин Кьеллар внимательно ловил каждое слово. Иногда даже кивал в такт своим мыслям — видимо, прикладывал симптоматику к принцессе и его величеству.

Наконец я выдохлась и замолчала, с трепетом ожидая реакции правителя.

Если поверит и предпочтет признать очевидное, то нас ждет скорая бескровная смена власти. Благо Айрендаль жив и здоров.

Если же нет, то светят мне застенки, возможно, ссылка, а если совсем не повезет — то и казнь как злостной смутьянке. Сбегу, конечно же, так просто меня не поймать. Главное, чтобы принц корону не трогал, а господин Кьеллар внимательно относился к тому, что берет в руки знать. Раз уж в королевской сокровищнице нашелся оскверненный предмет, кто даст гарантии, что у аристократов в домах что-нибудь эдакое не припрятано? Прабабушкино ожерелье, прадедов перстень. Учитывая творившийся во время войны неадекват, под подозрение подпадают все.