Книга Дом на краю земли, страница 124 – Кейт Андерсенн

— Эль, — он даже засмеялся, гладя ее по здоровой части головы, — это не ты, это судьба. Он сам полез в буррен с ненавистью. К тому же, он ведь еще не умер… Ты хочешь, чтобы я его спас?.. Ну, милая?.. Я постараюсь…

— Не хочу-у! — ревела она в рубашку под шкурой.

Хотя он все равно будет стараться. Только, если Блэк не ошибся с диагнозом, надежды на то мало. Кто ж думал, что Элоди так расстроится из-за этого.

— Ну, не надо, моя хорошая, не надо так убиваться. Ты не виновата. Ты не прокляла, ты просто боялась и крикнула, что пришло в голову. И капитан получил по заслугам.

— Но я хотела, чтобы с ним случилось плохое! — отстранилась она, вытирая запястьем сопли.

Эдмунд привычным способом натянул манжету на кулак и помог ей в этом. Один вытереть, второй — высморкаться.

Ромашка лениво помахивала хвостом.

— Ты же человек, милая. Люди иногда желают другим зла. Когда сердятся. Это нормально. Пока не делают его сами. А ты ведь не сделала. Ты помчалась в буррен на первый крик о помощи. Сломя голову, наплевав на опасность!

Рукава были совершенно испорчены, зато ведьма немного успокоилась. Всхлипнула, вытерла пальцем под носом.

— А если я не человек?..

Он снова засмеялся, невесомо поцеловал ее в лоб.

— Я же твой муж, Эль. Поверь, уж я-то точно знаю, что ты человек, более того — самый лучший мой человек. Кто мне говорил, что сомневаться в этом — все равно что бросить?

Она даже засмеялась, когда он легонько щелкнул ее по носу. Как маленькая. И сказала тихо:

— Просто… пока я была ведьмой, было проще… А человек… он боится всего. Мне было так страшно в ту ночь!

Она снова зарыдала.

Он гладил ее по спине долго, шептал ласковые слова, качал, как ребенка. Потому что что можно сделать против страха, кроме как оставаться рядом?.. Как бы ни хотелось забрать этот страх себе, это невозможно.

— Я буду рядом…

— Ты такой хороший… Вот почему ты можешь сдержать свой гнев и идешь его спасать, а я — нет?

— Эль. Ты хочешь честно?

— Да.

— Встреться он нам, когда я вырвал тебя из башни — я мог бы убить. Не проклятием, а руками. Наверняка. И я тоже боялся, что это сделаю. И что не сделаю — тоже.

Она даже отстранилась, не веря.

— Правда⁈.

— Правда… — он посмеялся ее удивлению. — И не пусти меня священник наверх — тоже мог бы вышибить из него дух тем протезом. Но я несказанно рад, что ничего этого не случилось. Мы только люди, Эль. Мы боимся и злимся, иногда совершаем ошибки — большие и малые, порой непоправимые — но и… любим и верим, спасаем, лечим, смеемся… Это и восхитительно, и ужасающе одновременно.

— И как же быть?.. — вздохнула ведьма тяжко.

Какая же она смешная и милая. Как она могла семь лет это все давить в себе?..

— Жить с этим. Ты что мне говорила?.. Мы не всемогущи. Мы только люди.

— Ну, это ты — «только люди».

— И ты тоже. Авторитетно тебе заявляю. Тебя тошнит и рвет, когда выпьешь лишнего, ты влюбляешься и сводишь с ума, танцуешь, поешь, заботишься, любишь, дерешься с обидчиком и пропахиваешь коленки до кости, простужаешься от промокших ног, и твой муж в отчаянии, что с тобой делать, а ты его топишь и натираешь маслом… — улыбка все больше разлезалась по ее мокрому лицу. — Это все совершенно человеческое. Ну, да, есть у тебя компас, что светится… Но это не ты его таким сделала, а мастер из Бордо, к нему и претензии. Видишь — он теперь на мне сияет, и сегодня меня назвали фейри, а кто я, как не «люди»?.. Будешь сомневаться — не позову в следующий раз пить лунный свет.