Книга Личная юрэй первого принца, страница 88 – Селина Катрин

— Я тебе все уши прожужжала про баранину неделю назад, — продолжала я, злясь, что он меня не замечает. — Помнишь, как ты мне сказал «прихоть»? Так вот, никакая это не прихоть, это система! Если они здесь делят зарплату по принципу «небо не любит пятёрку», то и в других местах делают так же. Закупки, налоги, выплаты, ремонты — везде! Вот тебе и причина, почему острова нищают, а казна тратится! Та же история, что с курятиной вместо баранины. Двум третям охотников недоплатили. Сто пятнадцать сэру вместо ста двадцати пяти. Меньше, чем у пастухов! Понимаешь? Им платят меньше, чем тем, кого они защищают, кто просто выпасает и не рискует своей жизнью. Конечно, они разругались с пастухами! А пожаловаться они куда могли? Только начальству. А начальство — кто? Чиновники. Которые деньги и выделяют, и с их колокольни вообще воруют. Ну а что им делать, когда они ежемесячно по десять сэру недополучают? Доказательств нет, а ты сам сказал, о таком вслух заикнуться без причины — остаться без языка.

Катэль сохранял спокойствие, я же перевела дыхание и продолжила:

— А первая бригада! Да они получали сильно больше, чем надо, и обленились! Зачем стараться и отстреливать всех волков, когда платят и так замечательно? Никто их эффективность не считает, никто не проверяет, скольких волков они отогнали, вот они и работают вполсилы, а стада редеют!

Несмотря на моё выступление, Катэль на удивление без гнева и повышения голоса пытался переубедить чиновников. Они же встали, как те самые упрямые бараны из Кудрявого Руна, и твердили одно и то же. Ватанабэ-доно выпрямил спину и настаивал на том, что он автор изящного решения. Катэль выделяет бюджетные деньги, а задача чиновника первого ранга — распределить их так, чтобы боги не прогневались. Сюда вдруг полетела аргументация и про то, что три или пять цветов приносят на похороны, когда душа уходит в другой мир. Все знают, что счастливые числа чётные, и вообще это обидно, если оплата приходит и начинается на пятёрку. Это почти как пожелать смерти.

На этой откровенной дури я не вытерпела и… трансформировала свой нос в свиной пятачок, чтобы показать, как я к этому отношусь. Сама не поняла, как так вышло, но впервые на губах Катэля я увидела тень улыбки.

Наконец терпение лопнуло и у первого принца. Катэль одним коротким жестом велел призвать Мидзухо-сана. Правое Крыло прибежал так быстро, будто весь день ждал именно этого зова, поклонился, развернул чистый свиток, обмакнул кисть в каменную плоскую чашку с углублением («тушечница», как говорили местные, но по мне скорее мыльница) и приготовился писать.

— Волею первого принца Огненного Архипелага, Катэля Аккрийского, утверждается следующее, — принялся громко диктовать Катэль. — Первое. Все выплаты по Табелю Ставок отныне производятся в точном соответствии с прописанными суммами, без округлений, перераспределений и поправок на благоприятные либо неблагоприятные числа. Небо есть небо, казна есть казна. Каждый трудящийся на благо архипелага получает ровно то, что положено по его званию и труду. Второе. Чиновнику первого ранга Ватанабэ-доно надлежит лично прибыть в деревню Кудрявое Руно вместе с Такано-саном. Перед собранием охотников и пастухов произвести доплату за полгода из собственного резерва, без касания казны. Принести извинения охотникам за то, что им платили менее, чем пастухам.