Книга ПереКРЕСТок одиночества 2, страница 52 – Руслан Михайлов

Падающий снег быстро превращал меня в сугроб. Я не переживал по этому поводу. Опыт уже есть. Подстилка, накидка, теплая одежда и термос с бульоном надежно защищали меня от холода. И я совсем не был против лишней маскировки. Мягко перевернувшись на живот, сумев не нарушить при этом лежащий на мне слой молодого пушистого снега, огляделся. Шагах в двухстах почти скрытый снегопадом вход в Бункер. А вокруг пустота. Даже кружащая небольшая стая червей куда-то скрылась, перестав оставлять вокруг меня извилистые борозды в снегу. Это меня и насторожило. Куда делись вездесущие и вечно голодные создания?

Пролежал неподвижно несколько минут. Хотел уже встать, когда увидел ЕГО.

По снегу брел покачивающийся нагой человек. Он медленно проходил шагах в двадцати от меня. Голова опущена на грудь. Стоящие дыбом волосы искрят. В просвечивающей насквозь груди видна решетка ребер и пульсирующее за ней яркой оранжевой искрой сердце. Под кожей бегут пылающие огнем вены, становящееся тусклее в конечностях. Этими же венами лицо превращено в искаженную горящую маску. Неизвестное страшилище рывком дернуло головой. Повело лицом по сторонам. Это позволило мне увидеть его глаза — показавшиеся просто черными угольками или провалами на пылающем лице.

Я инстинктивно вжался в снег, замер, сохраняя полную неподвижность. Все мои инстинкты орали во всю глотку — беги! Я предпочел затаиться. И заставил себя чуть опустить глаза, чтобы смотреть на него не прямым, а чуть смазанным взглядом — вдруг почувствует взгляд в упор.

Меня не заметили. Неизвестный… неизвестное существо… обогнуло холм и медленно свернуло, уходя прочь от Бункера. Я продолжал следить, отмечая в памяти каждую мельчайшую деталь.

Это старик.

Субтильное телосложение. Таз шире плеч, тонкие руки с узловатыми суставами. Впалый живот.

Безвольно отвисшая челюсть.

Длинные седые волосы. Щетина на щеках и подбородке. Кожа белая. Голова и плечи заметно искрят, отбрасывая снежинки прочь. Пах и ягодицы покрыты откалывающимся льдом. На ногах заметны длинные глубокие царапины.

Если не брать в расчет загадочное свечение, то я видел сутулого голого старика шагающего в снегах.

Но свечение…

Мистика — ее надо отбросить в первую очередь. Должно быть иное объяснение. Более разумное. Опирающееся на факты. Но как-то не идут на ум подходящие случаю факты.

Что за безумие я только что увидел?

Пульсирующий свет скрылся за торосами. Мигнул последний раз и пропал. Я остался неподвижен. Продолжил вжиматься в снег. И через минуту свет появился снова — неизвестный взобрался на торосы, зарницы полыхающих в стылом тумане молний осветили худющую фигуру. Замерев на гребне высокого тороса, старик оглядывался. Простоял так недолго. И неуклюже спрыгнул, исчезнув окончательно.

Я пролежал на холме еще не менее четверти часа. И на этот раз ощутил холод — но не от пробравшегося под накидку мороза. Это был холод страха, что едва не сковал мне сердце.

Мне срочно требовалось объяснение увиденного. Но я по-прежнему его не находил.

Зато отметил кое-что важное — спустя десять минут после исчезновения светящегося старика вернулась живность. Первыми появились одинокие огромные черви, больше похожие на удавов из-за своих размеров. Следом приползли стаи червей поменьше. Похоже, после достижения определенного возраста и размера, черви начинают предпочитать путешествовать соло. За червями явились медведи. Вдалеке медленно прополз настоящий гигант, легко сокрушающий торосы на своем пути. За ним ползло три медвежонка поменьше. Мамаша с детишками.