Онлайн книга «ПереКРЕСТок одиночества 4»
|
— Будет жить хотя бы какое-то достаточно продолжительное время — кивнул я — Но это не независимость, Михаил Данилович. Это автономия. И к ней должно стремиться любая разумная ячейка общества — будь то обычная семья или затерянное в инопланетных снегах чужой планеты крохотное убежище. Хотя на самом деле нет у Холла никакой автономии. Просто он получил возможность добавить калорий в ежедневную пайку… — Ладно. Там мы можем долго спорить без всякого толку. Меня ты не убедишь. Я всегда был и остаюсь привержен идее центрального управления и пропорционального распределения благ. До твоего появления Холл был грязной неблагодарной богадельней. Но мы кормили всех как могли и привечали новоприбывших — не требуя с них в ответ ничего. — Не требовали — согласился я и предложил — Сменим тему? — С радостью — проворчал глава Замка — Но тема приятней не станет. Пальмира нуждается в срочной помощи. Счет у них пошел на дни. — А Пальмира это… — Одно из старинных и крайне необычных убежищ. Возможно самое старое убежище из существующих. И уж точно именно Пальмире хоть немного, но обязаны своим существованием все остальные убежища и все ныне живущие здесь во льдах старики. — Ого… — откровенно заинтересовавшись, я отхлебнул чая и закурил последнюю сигарету из прибереженных лично для себя — А можно подробней? — Интересно стало? — Еще как. Я всегда задумывался над прежними временами Пристолпья. Что ждало здесь внизу отсидевшего свой срок самого первого сидельца? Хотя ответ очевиден… — Смерть — глухо подтвердил Михаил Данилович — А что еще могло ждать раздетого сонного испуганного старика, что вдруг оказался в ледяной пустоши при минус тридцати? Первый сиделец умер бесславно, и никто никогда не узнает его имени. Как и многих других имен. — Да уж — медленно произнес я — Никто ведь раньше не знал… — Верно — старик тяжело вздохнул и сокрушенно покачал головой — Мало ли отчего предупреждающе загудел ставший твоим домом крест… Я даже представил себе эту более чем мрачную картину. Вот раздался долгий гудок. В тряпье на кирпичных нарах завозился сонный старик, медленно поднялся, свесил ноги, непонимающе огляделся… Еще гудок или звонок и… охнув, старик падает в снег — голый, босой, на пронизывающем ветру. Совсем рядом полыхает жутким огнем насмешливый колосс Столпа, над седой головой сверкают молнии, освещая мчащие сквозь черные тучи летающие кресты — тюремные камеры, в одной из которых еще недавно был он сам. Предположим, там минус тридцать. Ветер умеренный. Медведей рядом не оказалось. Тебе семьдесят-восемьдесят лет, и ты скорей всего без верхней одежды и без обуви. Сколько продержишься? Вопрос риторический так как это абсолютно неважно. Рано или поздно ты все равно упадешь и умрешь… Повторив тяжелый вздох главы Замка, я уточнил: — И Пальмира это как-то изменила? — Так говорят. А раз говорят, то зерна истины в этом есть. А архивы наши об этом поют прямо как в священных книгах — сначала мол была тьма и гибельное незнание, но сквозь тьму пробился светлый глас и поведал всем о неизбежном грядущем и как к нему готовиться дабы не помереть… Слушай, Охотник… эта история как раз из тех, что доказывает: предупрежден — значит вооружен. И защищен… Никто не знает сколько сидельцев из первой волны сгинуло в снежной пустоши. Сотни. Хотя в те времена, скорей всего, мало кто предполагал, что однажды их вышвырнут на ту видимую в кокпите страшную землю. Все считали, что умрут в своем одиночном заключении. |