Онлайн книга «Беседы палача и сильги»
|
Голодная река… и меня терзает волчий голод. Быть может, те горские сказки не выдумка? И вечный голод Жамгра передался и мне? Подобрав ноги, я поднялся. Ноги слушались. Опять усевшись, я убрал кинжал за пояс, подобрал меч и снова поднялся. Глаза скользнули по светлеющему небу. Похоже, мы переночевали и сейчас раннее утро. Принюхавшись к всколыхнутому порывом ветра плащу, я недоуменно моргнул — от него исходил чужой запах. Легкий аромат цветов, хвои и еще чего-то травяного… и я знал, кому принадлежит этот запах… но почему он исходит от изнанки прикрывавшего меня ночью плаща? Сделав первый неуверенный шаг, я взбодрился успехом и двинулся дальше. Снег громко хрустел под сапогами. Сильга вздрогнула, но не пробудилась. Решила, что вернулся Часир. — Как все плохо? — мягко и тихо спросил я еще издали, чтобы не напугать. Не помогло… — Ох! — подскочив, сильга не удержала равновесия и упала на бок. Завозив руками под плащом, попыталась что-то нащупать, не преуспела, перевалилась на спину и… очнувшись, открыла глаза и уставилась на меня перепуганными сонными глазищами. — Доброе утро, госпожа Анутта — улыбнулся я. Злость. Радость. Еще больше злости… и невероятной силы облегчение. Все эти чувства промелькнули на ее лице, прежде чем она подскочила и качнулась ко мне. Упал на снег соскользнувший плащ, а она остановилась лишь в шаге. — Проснулся! — Проснулся — согласился я, делая шаг вперед и медленно нагибаясь. Подняв плащ, выпрямился и накинул его ей на плечи, одновременно ощущая, как сжались тугие повязки на моих ранах. А еще я ощутил поплывший по воздуху все тот же травяной и цветочный аромат, что исходил от сильги — Ты справилась, госпожа Анутта… ты справилась… — Если бы не ты… — Я хотел сказать ровно то же самое — широко улыбнулся я, поправляя плащ на ее плечах — Холодно… — Холодно — признала она и с трудом уняла побежавшую по лицу дрожь озноба — Ночь была нелегкой… Черные тени под ее глазами говорили о многом. Как и жесткая складка между бровей. Отступив, она плотнее закуталась в плащ, вернула лицу непроницаемое выражение и шагнула к лежащим горцам: — А они еще в забытье. Ты удивителен, палач Рург… — Почему же? — Вчера у меня было время вспомнить все, что я знала о мифических шанурах. И первое что вспомнилось — их яд не так-то просто извести. Сонная отрава бродит и бродит по крови несчастных. Чтобы перебороть яд требуется не меньше двух дней. Обычно же укушенные мечутся в сонном бреду не меньше трех, а то и четырех дней. Некоторые спят неделю… другие не пробуждаются никогда — сильга бросила тревожный взгляд на недвижимые тела юнцов. — Но противоядие… — Нет всесильных эликсиров, Рург… — испустив тяжелый вздох, он грустно покачала головой — Такова жизнь. Они молоды и сильны. Я верю, что они пробудятся. А пока продолжаю давать им по капле крови шанура. — Кровь не замерзла? — Замерзла — она перевела взгляд на мост за моей спиной — Но я успела собрать достаточно и держу склянку под одеждой. Кивнув, я успокаивающе улыбнулся девушке, буквально ощущая, насколько сильны исходящие от нее тревога и страх. Анутта боялась не за себя — хотя тоже была юна. Она взвалила на себя переживания за чужие жизни. В том числе и за мою. И хорошо, что я проснулся и этим хоть немного облегчил груз на ее душе. |