Онлайн книга «Беседы палача и сильги»
|
— Что за… — Тинлроса позволяет увидеть кое-что из запретного — тихо молвила сильга, часто моргая. По ее щекам скатились красноватые слезинки — По-настоящему страшного и сильного не увидеть, а вот всякую мелочь разглядеть можно. Возьми вот это… — она нащупала что-то за спиной и вложила мне в руку рукоять небольшого ножа. — Я про твои руки… — Плетения сильги… их накалывают начиная с первого дня после прибытия послушницы в обитель… Рург… послушай… Заглянув в ее серьезные глаза, я медленно кивнул, видя ее убийственную серьезность. — Я вижу, что и тебя проняло увиденное. Но вижу и легкомыслие… неверие… — Трудно поверить в небывальщину. — Понимаю… но коли ты не отнесешься со всей серьезностью… — Поверь мне, сильга Анутта — я мало к чему отношусь с легкомыслием. Я палач. — Хорошо… тинлороса не будет действовать долго, поэтому медлить нельзя. Я вхожу первой. Ты идешь за мной и держишь поднятый факел. Справишься? — Звучит несложно. — Факел должен оставаться поднятым и горящим, Рург. — Звучит несложно — повторил я, бросив взгляд на дымный источник света. — Нет времени пояснять, но я отвечу на твои вопросы позже — если ты захочешь спрашивать. — Я готов. Вглядевшись мне в глаза, девушка кивнула и, выставив перед собой меч: — Открой же дверь, палач Рург. Мы входим… Я толкнул успевшую прикрыться дверь и чуть посторонился, придерживая створку. Мой меч оставался в ножнах, а мой взгляд уже успел обшарить видимую в зыбком свете факелов часть пещеры. Тут нет никого. Во всяком случае никого живого. Я вижу грубо стесанный камень, что тянется извилистой тропкой под низковатым пещерным сводом. В пяти шагах от двери, по обе стороны от выложенной мелкими округлыми камнями тропки, расположились первые могилы. С отрывистых слов Нимрода мы уже знали, что по большей части здешние захоронения представляли собой жалкие подобия настоящей доброй могилы. Чаще всего одноглазый безносый отшельник загодя выбивал в мягком здешнем камне неглубокое ложе, куда и укладывались затем красные от крови нераскрытые рогожные мешки, перевязанные старыми веревками. Столь же жалкое подобие погребального савана, как и сами могилы. Следом тела заливались полужидкой грязью, кою Нимрод черпал прямо перед пещерой. И наконец сверху укладывались крупные и мелкие камни. Он обронил, что занимался этим понемногу, но почти каждый день. И сейчас, медленно шагая за почти крадущейся сильгой, разглядывая сие скорбное место, я понимал, что Нимрод Ворон сильно преуменьшил свои заслуги… — И это все он?! — не скрывая изумления, пробормотала Анутта, замирая на мгновение и глядя на высокую каменную насыпь, где каждый камень был подогнан к другому так плотно, что и щели не найти — Да он проводил здесь дни напролет! — Да — подтвердил я, медленно поводя головой — Похоже, что он чуть ли не жил здесь… Чем дальше мы продвигались от входа, тем отчетливее понимали, что Нимрод потратил немыслимые силы и уйму дней на то, чтобы навести здесь такую частоту и… красоту, как, наверное, ему казалось. Подогнанные друг к другу камни, стесанная тропа, правильно расположенные могильные насыпи, выровненные кое-где стены, заложенные битым камнем трещины в полу и стенах. Убрать отсюда разливы луж и потеки грязи… и получится почти храм. Вот только храм какому божеству? В таких местах не станут славить Светлую Лоссу… А для огненной бездны Раффадулла слишком уж тут холодно и мокро… |