Онлайн книга «Беседы палача и сильги»
|
— А я еще удивлялась и сомневалась… — Удивлялась чему? — Как спрятавшийся в мертвом теле кхтун сумел докричаться до живущего поодаль в лесу отшельника? Обычный кхтун медлителен… он чем-то схож с гонимым ветром невидимым облачком и ему не поспеть за быстро шагающим взрослым. — Правда? — Правда что? — Про медлительность кхтуна? — Я бы не стала лгать, палач. О таком не лгут. — Тогда мне стала ясна старая поговорка… — тихо усмехнулся я, подбирая шипящий в луже первый факел, продолжая держать другой высоко поднятым — Силки кхтуна на ленивых поставлены, лапы кхтуна бездельников ловят… — Поговорка истинна. Человек при деле головой и телом занят, ему некогда бесцельно мыслью блуждать — столь же тихо проговорила сильга, медленно опуская меч к одной из насыпей, заставляя световые пятна пробежаться по мокрым камням — Человека дельного не заворожить, не заставить утро или день напролет глядеть в тускло мерцающий кусочек льда. Некогда ему сиднем на одном месте сидеть. Женщине готовить надо, за детьми приглядывать, скотину обихаживать. Мужчины на работе полевой или в мастерских спешат успеть побольше наработать. В потемках домой возвращаются, перекусят наспех — и спать до рассвета. А с утра все по новой… — А дворяне? — эти слова сорвались с моих губ сами собой и я, сделав еще пару небольших шагов, решил добавить — Я ни о ком худо не думаю. Но им уж точно в полях от зари до заката горбатиться не приходится… — Дворяне тоже без дела не сидят — отозвалась Анутта — За землями приглядывать надо, урожаи проверять нужно, ко двору королевскому поспешать нужно. Их дни в разговорах с нужными людьми проходят, ведь не все по из щелчку пальцев делается. Я знаю — я видела. Потому дельные люди собственными делами защищены. Кхтуну немало времени требуется чтобы даже слабенький детский разум поработить. А уж до взрослого закоснелого, вечно усталого и всегда занятого, что сегодня уже про завтра думает… попробуй достучаться… — Вот как… — Есть большая опасность для тех, кто все время один — остановившись, Анутта прочертила мечом дугу, внимательно вглядываясь в стены пещеры. Не удовольствовавшись этим, она поднесла серебристое лезвие к глазам и посмотрела сквозь вставленные в него разноцветные прозрачные пластины. Что-то явно увидела, вздрогнув, опустив меч и посмотрев вглубь пещеры, невольно сделала крохотный шаг назад. — Что ты ищешь? — я заговорил, чтобы нарушить тягостную тишину, что в подобном месте начинала давить сразу же, как только под сводом затихало последнее произнесенное слово. — Уже будто бы сыскала… Дымные следы кхтуна… у них свои плетения, а у нас свои… — произнеся эти не слишком понятные мне слова, Анутта качнулась вперед и опять двинулась по узкой тропе, миновав еще четыре могильные насыпи. — Ты говорила про одиночек. — Они уязвимы сильней других. Особенно если в прошлом бывали часто обижены, если затаили злобу, если мечтают об отмщении обидчикам… Веселый и быстро прощающий обиды общительный семейный человек — сущее горе для кхтуна. К такому не подступиться — вглядевшись в испещренную пятнами белесой плесени стену, сильга пробормотала что-то неразборчивое, но очень уж походящее на проклятье. — Вот почему ты расспрашивала меня и вглядывалась в мои глаза… — Да — спокойно подтвердила девушка и вдруг сделала короткий режущий взмах, не разрезав ничего кроме воздуха у одной из стен. Развернувшись, она взмахнула мечом еще раз, опять разрезая пустоту — И поэтому тоже, Рург. |