Книга Лекарь из Пустоты. Книга 1, страница 9 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Или для начала хотя бы выяснить, какого хрена тут происходит.

Дорога во владениях рода Серебровых

Граф Мессинг откинулся на мягком кожаном сиденье своего автомобиля. Нажал на кнопку и приоткрыл тонированное окно, впуская в салон прохладный ночной воздух.

— Побыстрее, — велел он водителю. — Я хочу как можно скорее оказаться дома.

— Да, господин, — покорно ответил мужчина за рулём.

Поездка по ухабистой дороге, ведущей от поместья Серебровых, наконец-то закончилась, и теперь машина плавно катила по ровному асфальту, увозя графа прочь из этого захолустья.

Александр Викторович закрыл глаза, ощущая лёгкую усталость и покалывание в кончиках пальцев — следствие затрат маны на бесполезный, как теперь выяснилось, ритуал исцеления.

Вкладывать силу в бездыханное тело — занятие столь же бессмысленное, как пытаться наполнить водой дырявый кувшин. Граф даже не слишком старался, понимая, что мёртвого не в силах оживить никакая магия, если не считать запрещенную в Российской империи некромантию. Но вряд ли этот процесс можно будет назвать оживлением. Жизни в таком существе точно не будет.

Юрий Серебров был мёртв. Александр Викторович не сомневался в этом. Он, граф Мессинг, патриарх одного из старейших целительских родов империи, не мог ошибиться в таком элементарном диагнозе.

Граф констатировал угасание ауры до едва заметного свечения, которое вот-вот должно было исчезнуть. Остановку сердца, прекращение мозговой деятельности и работы всех жизненных органов.

И всё же… юнец ожил. Это можно назвать чудом. Но граф Мессинг не верит в чудеса. Он верит в законы магии, которые, как и законы физики, незыблемы.

Мёртвое не воскресает. Душа, покинувшая тело, не возвращается.

Так что же это было? Аномалия? Сбой в ткани реальности? Какая-то скрытая способность в теле юного Сереброва?

Последняя мысль оказалась дразняще интересной. Александр Викторович мысленно перебрал все известные ему случаи спонтанного воскрешения, все легенды и мифы, которые знал.

Слухи ходили разные, но своими глазами граф ничего подобного раньше не видел. А теперь вот — увидел.

Мессинг закрыл окно и откинулся на сидении. На его губах появилась усмешка.

Чудо или нет — какая, в сущности, разница? Юрий Серебров жив — и это великолепно. Гораздо лучше, чем если бы он был мёртв.

Род Серебровых заплатит за жизнь своего отпрыска. Половина их жалких, но удивительно плодородных земель, на которых можно вырастить много редких целительных ингредиентов, теперь будут принадлежать ему.

И это лишь первый шаг.

Автомобиль Мессинга плавно обогнал старый дребезжащий грузовик и выехал на открытый участок дороги. За окном проплывали ухоженные поля владений рода Серебровых.

Ах, пардон — теперь это были уже владения рода Мессингов.

Александр Викторович улыбнулся шире. Ему нравилось то, что он видел.

Серебровы были слабы. Их дар целительства едва тлел, не идя ни в какое сравнение с могучей силой рода Мессингов. Они были доверчивы, подавлены своим положением и до неприличия привязаны друг к другу. Это делало их идеальными жертвами.

Надо будет позже повторить схему. Возможно, с младшей сестрой Юрия. Милая, хрупкая девочка. Достаточно будет одного незаметного проклятия, лёгкого, как укол булавки, но неумолимого.

Не смертельного, нет. Изнуряющего. Чтобы она медленно угасала, а её родители в панике снова приползли, умоляя о помощи.