Книга Лекарь из Пустоты. Книга 4, страница 23 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Командный пункт гудел как улей. Я метался от карты к мониторам, отдавая приказы, координируя огонь артиллерии и перемещение резервов. С каждой минутой становилось всё тяжелее, но мы держались. Бойцы Серебровых, ободрённые вчерашними успехами, дрались с яростью обречённых и не желали сдаваться.

На западном направлении пришлось отступить на второй рубеж. На северном шла ожесточённая магическая схватка — наш Евгений, специалист по стихиям, сражался против целого отряда боевых магов Мессинга.

На свалке гремело своё отдельное сражение. Отряды врагов пытались прорваться, но раз за разом попадали в ловушки и под обстрел наших снайперов.

А потом пришли Измайловы.

Донесение поступило с южного направления, на котором до этого было относительно спокойно. Колонна Измайловых с колёс ринулась в атаку. Они лезли напролом, не считаясь с потерями.

Стало совсем тяжко. На юге оборона начала трещать по швам. Резервы у нас имелись, но их приходилось размазывать по всем участкам.

В итоге я не выдержал. Демид Сергеевич уже немного пришёл в себя и мог контролировать обстановку. А я нужен там, на поле боя.

Выскочив наружу, я прыгнул в машину и помчался к южным окопам.

То, что я увидел, было близко к катастрофе. Наши траншеи на широком фронте были местами захвачены. Шёл ожесточённый ближний бой. Гвардейцы Измайловы лезли прямо под пули, подгоняемые криками своих офицеров. Наши бойцы отступали, сгрудившись у последней линии окопов перед дорогой, ведущей к усадьбе.

Я выскочил из машины и, не прячась, побежал вперёд, к самой гуще схватки. Пустота внутри, ещё не успокоившись после ночной «трапезы», встрепенулась в предвкушении.

Я не стал сдерживать её. Сейчас мне как раз нужна её голодная мощь.

Я выпустил Пустоту наружу в виде нескольких очагов — небольших, размером с мяч. Запустил их, как рой злобных насекомых, в самую гущу наступающих врагов.

Эффект оказался чудовищным. Там, где пролетали очаги, солдаты врага ослабевали, роняли автома, их магические барьеры рассыпались, а заклинания их магов исчезали.

Меня заметили и открыли огонь. Пули пропадали в щит Пустоты, который я выставил перед собой. Огненный поток, выпущенный боевым артефактом из тыла, постигла та же участь.

А затем я ударил в ответ. Не целясь, не сосредотачиваясь — просто выпустил лучи Пустоты широким веером. Они пронзали врагов, оставляя дыры в их телах, проходили сквозь любую защиту, обращали в ничто пули, снаряды и магию.

Я чувствовал каждую смерть. Один за другим в меня влетали пьянящие, леденящие внутренности выбросы чужой жизненной силы. Моя аура пылала, тело трепетало от переизбытка энергии, в ушах звенело, а голос Рагнара в сознании выл от восторга, призывая убивать, убивать, убивать ещё больше.

Я превратился в эпицентр этого кровавого хаоса. На меня обрушился шквал огня, но пули таяли в барьере из Пустоты. Маги Измайловых попытались что-то сделать — но безуспешно. Я шёл вперёд, и враги сначала пятились, потом побежали, охваченные животным ужасом перед этим необъяснимым, пожирающим всё на своём пути явлением.

Но даже поглощая энергию, я чувствовал чудовищную нагрузку. Контролировать разбушевавшуюся Пустоту становилось всё труднее. Она рвалась наружу, требуя новой пищи, жаждая тотального уничтожения. Я едва сдерживал её, понимая, что если отпущу вожжи, то она сожрёт не только врагов, но и моих бойцов.