Книга Пипец Котенку! 2, страница 54 – Александр Майерс

— Где?

— Вон они.

Смотри, куда показывает Пелагея, и вижу несколько ярких светящихся точек. Довольно мощные макровые фонари. Судя по всему, группа из трёх человек.

— Придурки, вообще не палятся… — шипит охотница.

— Может, нас ищут?

— Нет. Браконьеры.

— С чего ты взяла?

— С того, что тупые. Никто из наших не стал бы шариться здесь ночью со светом…

По мне, так если за нами отправили спасательный отряд, то они вполне могут ходить с фонариками ночью. Но опытный охотник здесь не я, так что решаю промолчать.

— Погоди, а как бы браконьеры могут сюда попасть? — шепчу. — Ведь «Буки» охраняют портал.

— Ты думаешь, других нет? Не переживай, у незаконных порталистов есть свои способы, как открыть пробой в доходные миры. Мы стараемся, ищем хорошие места, людей теряем. А они просто присасываются, как пиявки, — с ненавистью заканчивает Пелагея.

Кое-кто сильно не любит браконьеров. А те, наткнувшись на какую-то тварь, пришибают её заклятиями. В воздухе короткое время мелькают ледяные вспышки, а потом раздаётся предсмертный вопль монстра и следом довольный смех.

Применяю печать Ночного зрения и вижу троих мужчин, которые разделывают добычу и достают из её черепа макр.

— Целься, — приказывает Каштан сквозь зубы.

— Что, будем палить без предупреждения? — спрашиваю уже после того, как ловлю одного мужика в прицел.

— Почему же? Сейчас я им крикну… Эй! — орёт Пелагея. — Я из «Урагана»! Ваши позывные⁈

Фонарики тут же гаснут, и браконьеры разбегаются в разные стороны. А по реакции сразу понятно, что это не наши.

Думаете, вас не видно? А я вижу.

— Пердоль ще, курва! — раздаётся ответ.

— Ещё и поляки. Мочи их! — приказывает наставница.

Задерживаю дыхание и жму на спусковой крючок. Один из противников ловит пулю и падает в воду. На другого внезапно накидываются змеи, так что нам остаётся лишь третий.

По стечению обстоятельств, это маг. Он швыряет в нас несколько ледяных булыжников, но промахивается. Зато выдаёт свою позицию. Пелагея стреляет, но мимо. А вот я мастерски засаживаю очередную пулю в колено браконьера.

Исполняю влажные мечты покойничка Бердыша.

Чтобы раненого не сожрали монстры, применяю печать Скорости и несусь к нему. Пинаю по дороге ядовитую лягушку, отправляя в полёт. Её на лету ловит крылатая ящерица и довольная пропадает в небе.

Ну вот, хоть монстрика накормил.

— Курва… — стонет маг, пытаясь применить морозное заклинание на своё колено.

Обрушиваю на него Ментальный удар, ломая духовный доспех. Говнюк пытается атаковать, создав ещё что-то ледяное. Пробиваю ногой ему в грудь, объясняя, что сейчас так делать не надо. Добавляю в морду, чтоб немного оглушить. А потом подхватываю мычащее тело и тащу к нашей с Пелагеей стоянке.

— Держи подарок, — сбрасываю браконьера к ногам Пелагеи.

Она уже успела за три дня насмотреться на мои умения, так что не удивлена, что я так быстро метнулся туда-обратно и ещё пленника приволок. Немного журит за то, что не предупредил, а потом бросает:

— Присядь, отдохни. Я с ним побеседую.

— Знаешь польский? — послушно падаю на задницу. Печать Скорости отнимает много сил.

— Нет. По-русски его научу, — отвечает Каштан.

— Да знаю я русский, — почти без акцента стонет поляк. — Кур-рва… Дайте хоть рану подморозить, а то сдохну!

Пелагея благосклонно кивает, и маг накладывает на простреленное колено морозное заклинание. Кровь перестаёт течь. Наверняка и боль спадает, так что браконьер выдаёт облегчённый вздох.