Книга Во власти Скорпиона. Вернуть свое, страница 74 – Александр Майерс, Гриша Громм

— Господин! — выдыхает он, и в его голосе столько детского восторга, что становится почти смешно. — Это нечто! Рука вообще не устала! Можно мне ещё один? Чтобы на обе руки! Симметрично чтобы было! А? Очень хочется.

Я не могу не рассмеяться.

— Да сколько хочешь, — говорю я. — Но есть нюанс.

— На всё согласен, — тяжело сглатывает Цыпа.

Ой, как я его понимаю. Я тоже пришёл в восторг от своей новой дубины.

— Тогда добывай металл, — сую ему в свободную руку свою походную кирку, которую теперь не вынимаю из рюкзака для походов на Изнанку.

Пока Алексей с первобытным энтузиазмом начинает долбить стену, откалывая увесистые куски драгоценной руды, я занимаюсь менее героической, но полезной работой — сбором трофеев.

Из убитых муравьёв я аккуратно вырезаю макры. Рюкзаки быстро наполняются. Цыпа собирается тащить на себе половину скалы, похоже. Я даю знак.

— Всё, хватит. Пора. У нас ещё дела.

— Домой?

— Пока нет, — качаю головой и иду к выходу из пещеры.

— А куда? — удивлённо спрашивает Алексей, с трудом втискивая последний кусок руды в переполненный рюкзак.

— На экскурсию. Увидишь.

Я веду его к выходу из пещеры — широкому, естественному проходу. Мы выходим на каменистую равнину, и я уверенно шагаю в сторону скалистой гряды на горизонте.

Где-то там, как помню по прошлым визитам, начинается город мирных, разумных муравьёв.

— Куда мы? — снова спрашивает Цыпа, настороженно озираясь. — Там же ещё этих… жуков навалом. Может, лучше вернуться и добить тех, кто остался?

— Там другие, — отвечаю я, не замедляя шага. — Умные. Цивилизованные. И ты сейчас увидишь, что мордобой — не единственный способ решения вопросов. Смотри и учись.

Подходим к знакомой границе — каменистая почва сменяется утоптанной, разделённой на полосы дорогой. Впереди виднеются первые «здания» — сложные структуры из спрессованной земли и смолы.

Муравьи-стражи, в своих блестящих, почти металлических доспехах, сразу нас замечают. Несколько штук отделяются от поста и быстро направляются нам навстречу.

Цыпа инстинктивно принимает боевую стойку, заносит руку, на которой теперь блестит кастет.

— Спокойно, — говорю я ему тихо. — Никаких резких движений.

Стражи подходят, останавливаются в паре метров. Их усики вытягиваются в нашу сторону, изучая запах. Я вижу, как они «общаются» быстрыми касаниями.

Один из них, чуть крупнее, делает шаг вперёд. Я медленно, чтобы не спровоцировать, снимаю рюкзак, опускаю его на землю и расстёгиваю. Достаю оттуда небольшой холщовый мешок. Развязываю его.

Внутри обычный, свекольный сахар, купленный в городской лавке. Я высыпаю небольшую, аккуратную кучку на плоский, чистый камень рядом.

Муравьи-стражи замирают. Потом один, самый мелкий, осторожно подходит, касается сахара. Отскакивает. Потом снова. Потом аккуратно хватает часть вкусняшки и, не поворачиваясь спиной к нам, быстрыми шажками несёт добычу в город.

Ждём. Цыпа нервно переминается с ноги на ногу, но молчит. Для него это всё, похоже, культурный шок. Верю, я тоже офигел, когда увидел это впервые.

Через пару минут возвращается всё тот же муравей, а с ним — «старший». Тот самый, что вёл меня в прошлый раз. Он склоняется над сахаром изучая. Потом его усики поворачиваются к нам.

И вдруг — резко, почти жадно — к нашим рюкзакам. К мешкам Цыпы, из которых виднеется уголок руды.