Книга Во власти Скорпиона. Вернуть свое, страница 73 – Александр Майерс, Гриша Громм

Она больше, просторнее, и от неё веет сыростью. И, что куда более важно, она кишмя кишит бурыми муравьями.

Они копошатся у дальних стен, что-то таскают. Наш внезапный выход из разлома заставляет их замереть. Они толпой поворачиваются в нашу сторону. Чёрные глаза впиваются в нас.

— Это не совсем то, что я планировал, — констатирую я, быстро осматривая пространство. Но тут же моё внимание привлекают стены.

Они не просто каменные. В них, как толстые, извилистые вены, проступают прожилки металла. Того самого, из которого мы только что сделали Цыпе кастет. И прожилки эти крупнее, гуще, богаче, чем в «моей» пещере.

Сердце ёкает от алчного восторга.

— Но это даже круче, — шёпотом добавляю я.

В мою голову моментально приходит дикая идея — попробовать договориться. В конце концов, я уже знаю, что на этой Изнанке есть разумные муравьи. Может, эти — просто другой клан?

Я делаю шаг вперёд, поднимаю пустые ладони в универсальном жесте «мир».

— Эй, ребята! — говорю я громко и чётко. — Мы не враги. Мы пришли за… камнем. За этим, — указываю пальцем на стену с прожилками. — Мы можем договориться. У меня есть… — тянусь к рюкзаку, чтобы достать сахар, но не успеваю.

«Мирно» не получается. Самый крупный муравей, стоявший ближе всех, резко дёргается. Он бросается на нас с устрашающей скоростью. Мощные жвалы щёлкают в воздухе, целясь в мою ногу.

Понятно. Эти парни явно другого сорта. Не городские интеллигенты. Либо тупые агрессоры, либо просто охраняющие свою территорию со звериной яростью. Диалог явно не входит в их планы.

— Ладно, — вздыхаю я, отпрыгивая в сторону, чтобы достать биту. — Лёха, вот и настал твой звёздный час! Бей их!

Дальше начинается то, что с натяжкой можно назвать боем. Скорее, это демонстративное избиение. Алексей аж рычит от удовольствия — низкий, раскатистый звук, похожий на камнепад.

Он даже не пытается уворачиваться. Встречает атаку первого муравья прямым ударом. Кастет, ведомый силой, которая может согнуть железный лом, сходится с хитиновым лбом твари. Раздаётся сочный хруст, будто звук ломающейся скорлупы.

Голова муравья буквально сплющивается, и он отлетает в сторону, снося товарищей.

— Вот это крутая штука! — вопит Цыпа и сам бросается в гущу монстров.

Но муравьи не трусы. Они атакуют со всех сторон. Лёха оказывается в центре маленького урагана из клешней, лап и щёлкающих челюстей.

Он работает, как метроном: разворот — удар в бок, отшибающий лапы; короткий апперкот — под челюсть, заставляющий тварь захлёбываться своим же щелчком; мощный хук с разворота — и ещё один муравей летит к стене, оставляя на ней влажный, липкий след.

Похоже, Олег всерьёз взялся за обучение Алексея. Смотрю, в его арсенале появились осмысленные удары и элементы тактики. Хвалю!

А я в это время обеспечиваю товарищу защиту тыла и флангов, работая битой. Бью редко, но точно. Не трачу лишние силы, зная, что основную работу делает мой живой таран.

К тому же ему надо опробовать новое оружие в действии.

Через пять минут на полу пещеры лежат, дёргаясь в последних конвульсиях, изуродованные тушки бурых муравьёв. Воздух наполняется едким, кислым запахом их внутренностей.

Цыпа стоит в центре этого побоища, тяжело дыша. Пот стекает с него ручьями, на рукаве дыра от клешни, но под ней — лишь неглубокая царапина. На его лице сияет счастливая улыбка. Он смотрит на свой кастет, с которого медленно стекает слизь.