Книга Во власти Скорпиона. Кто на новенького?, страница 77 – Александр Майерс, Гриша Громм

Сипин чувствует, как кровь отливает от лица.

Котёнок. Рыжий.

Граф Ярослав Котов из Новокузнецка. Он уже присылал ему «подарок» — рыжего котёнка, который превратился в огромного тигра и разнёс машину в клочья, чуть не убив самого Сипина.

Опять?

— Где⁈ — Сипин срывается с места, подбегает к окну, едва не снося охранника.

Выглядывает.

И видит его.

Маленький рыжий комок шерсти сидит на крыльце офиса, невинно облизывая лапку. Шёрстка пушистая, глазки большие, хвостик торчит вверх. Обычный бродячий котёнок, каких сотни на улицах Москвы.

Или нет?

— Откуда он взялся⁈ — рычит Сипин, не отрывая взгляда от окна.

— Не знаем, ваше благородие. Просто появился. Минут пять назад. Сначала никто не обращал внимания, мало ли бродячих котов. А потом Степан вспомнил… про того, прошлого… и…

— Убрать! Немедленно!

Охранник не двигается. Переминается с ноги на ногу.

— Ваше благородие… — начинает он нерешительно. — А вдруг он заколдован? Как тот, прошлый? Мы его тронем, а он…

— А он что⁈ Превратится в тигра и сожрёт всех нас⁈

— Ну… да. Примерно.

Сипин замирает. Охранник, при всей его тупости, прав. Если это от Котова — если это магия — то трогать его может быть смертельно опасно.

— Стоп, — говорит он, стараясь унять дрожь в голосе. — Не трогать. Никто не выходит. Никто не подходит.

— Но что нам делать?

— Ждать! Наблюдать! И молиться, чтобы эта тварь ушла сама!

Возвращается к окну. Смотрит на котёнка.

Тот сидит, умывается. Вылизывает лапку, проводит ею за ухом. Зевает, показывая крошечные белые зубки. Потом поднимает голову, смотрит прямо на окно — будто точно знает, что за ним наблюдают. Мяукает — тоненько, жалобно.

Сипин отшатывается.

Неужели так быстро узнали? Про торговцев, которых избили его люди? Про срыв поставок макров?

Или это просто совпадение? Бродячий кот, которому приглянулось крыльцо конторы?

Котёнок ещё раз мяукает. Потягивается — выгибает спинку, растопыривает лапки. Потом встаёт и уходит. Неторопливо, с достоинством, помахивая пушистым хвостом. Исчезает за углом.

Сипин стоит у окна, не в силах пошевелиться. Сердце колотится так, что кажется — выпрыгнет из груди.

Совпадение. Наверняка совпадение. Откуда Котову знать? Он в Новокузнецке, за тысячи километров отсюда. Не может же он следить за каждым шагом Сипина?

Или может?

— Ваше благородие? — осторожно спрашивает охранник, который всё ещё торчит в дверях. — Вы в порядке? Может, воды принести?

— Вон, — хрипит Сипин. — Закрой дверь. И никого не впускать до вечера. Никого, слышишь? Хоть сам император придёт — не впускать!

Охранник исчезает.

Сипин опускается в кресло. Руки трясутся. Рубашка промокла от пота.

Он не верит в совпадения. Не когда речь идёт о Котове, это уж точно.

Этот человек… этот демон… он всё знает. Всё видит. И он напоминает: я слежу за тобой. Я помню.

Сипин закрывает лицо руками.

Что делать? Отступить? Признать поражение?

Нет. Слишком поздно. Слишком много вложено. Слишком много людей замешано.

Вперёд. Только вперёд. И молиться, чтобы в следующий раз вместо котёнка на крыльце не оказался тигр.

Кажется, Сипин уже сожалеет, что ослушался куратора. Надо было сосредоточиться на Скорпионове и не лезть к этому рыжему наглому графу.

* * *

Сижу в кабинете при тусклом свете, дверь заперта. Передо мной на столе — кольцо Сольпугиных и окаменелое тельце. Два осколка одной загадки.