Книга Тайна дома на холсте, страница 37 – Юлия Евдокимова

Они с Серафимой уже собирались уходить когда отворилась калитка в заборе и появился Арнольд Михайлович в перчатках, испачканных землей, халате, наподобие того, что носили кладовщики в советских фильмах.

— Ох, голубушки, простите, не сразу услышал. Завозился в саду. Решил пересадить розы и увлекся.

Розы? Сад? Они были уверены, что вся жизнь краеведа проходит в доме, забитом до потолка бумагами. А тут - розы!

— Проходите, проходите, я сейчас смою пыль и тут же вернусь, буквально пара минуточек, голубушки. Если хотите, пройдите в сад, только осторожно, у дома я посадил малину и крыжовник.

Краевед вернулся через десять минут в белоснежной рубашке и брюках со стрелками.

— Что-то мне подсказывает, что вы решили заняться делом бедняжки Галочки, верно? Я рад, что вы вспомнили обо мне… о, те наши приключения… Какие времена! Так чем могу быть полезен, голубушки?

— Как вы догадались? — улыбнулась Таисия.

— Вы же не оставите такое дело полиции, правда? Кроме того вы уже доказали свою проницательность в подобных делах. И я от души одобряю идею оказания органам правопорядка небольшой… помощи. Назовем это гражданским волонтерством в борьбе с преступностью. Так чем я могу помочь? Кстати, не могли бы вы… я как раз собирался красить стену в кухне, так может быть…

— Непременно, как только освободимся,- заверила Таисия. Вот маляра она точно в кино не играла, не тот типаж и мысль красить самой стену в кухне не пришла бы к ней и в страшном сне.- А пока расскажите все, что знаете о Корнилове. Вернее, о братьях Корниловых.

— А вы знаете все и всех в этих местах,- поддержала Серафима.

Краевед кивнул. – Братья Корниловы, да. Ну, Григорий лет на пять моложе меня. Олег… тот еще моложе, ему, дай бог памяти… не больше пятидесяти. Так что мы не ходили вместе в школу или детский сад, как вы понимаете. Но я их немного знаю. Григорий - сантехник. Причем хороший. Там, где ситуация кажется безвыходной, он творит чудеса. Но сейчас работает в Серафимовске. сюда наведывается не часто. Олег… мы несколько раз беседовали на исторические темы, он немного нелюдим и ворчун, но он мне даже нравится. Они потомки людей, основавших деревню. После войны, да. Думаю, вы слышали легенды, тех самых братьев.

— Так те братья тоже были Корниловыми? Ух ты.

— Грустная история, да. В деревне в итоге никого не осталось. И они всегда были чужаками. Со своей верой. Но потом к ним присоединились единоверцы и деревня ожила.

— Но потом что-то пошло не так?

— Верно. Болезнь стала уносить одного за другим. Люди начали уезжать. Братья пытались им помешать, но это не увенчалось успехом. Некоторые сбежали, некоторые остались… в могилах. После смерти самих братьев все, конечно, пришло в упадок.

— А все эти жуткие истории о привидениях, это же выдумки? – спросила Серафима.

— Ну… я бы этого не утверждал. В начале двадцатого века один местный житель проник в деревню, но домой не вернулся. Его останки потом нашли в лесу. С тех пор никто туда не совался. Люди считали, что деревня проклята. Даже названия ее не произносили. Но вы сами знаете, по прошествии большого количества лет трудно отличить правду от вымысла. Так что люди предпочли забыть о деревне.

— «Все время помнить прошлые напасти, пожалуй, хуже свежего несчастья».