Книга Тайна дома на холсте, страница 38 – Юлия Евдокимова

— Именно, голубушка! Вы снова цитируете вашего любимого Шекспира и он снова прав!

— Братья Корниловы скупили дома и землю и стали единоличными владельцами деревни? Не думала, что такое бывает.

— И не такое бывает. Наверное, они надеялись, что там будут жить их семьи, дети, внуки. Но Григорий так и не женился, а жена Олега…

— Жена? Там нет даже следов женщины.

— К тому я и клоню. Вы и не могли ее увидеть, потому что она исчезла. Тогда об этом много говорили, еще один повод не соваться в деревню.

— Когда она исчезла?

— О, много лет назад.

— И ее искали и не нашли?

— Я не помню, искали ли ее вообще. Олег сказал, что она вернулась к своим родным, в какой-то город… не помню уже. В полицию никто не обращался. Или тогда была еще милиция? Спустя какое-то время я подумал, что это странная история: сегодня она здесь, а завтра уже нет. И как можно исчезнуть из такого места? Это же не город. Тогда, собственно, Олег и превратился в затворника. Повлияло на него сильно, да…

— А чем он занимается?

— Что-то связанное с IT технологиями, работает, вроде из дома. По-моему даже разрабатывал какие-то видео игры, но не берусь утверждать, голубушки.

— Так они выросли в деревне?

— Они из Серафимовска, но в 90-е подсуетились и выкупили, так сказать, родное гнездо. Несколько домов принадлежало их родителям, до них- дедушкам, а они лишь расширили владения.

— Удивительно!- Сказала Серафима.

-О, это случается гораздо чаще, чем кажется. Фермеры выкупают заброшенные деревни, развивают там хозяйство. Вон в Серафимовске некий врач купил деревню, теперь делает образцово-показательный аттракцион для туристов.

— А чем жила деревня раньше? Сельским хозяйством?

— Охотой, да много чем еще… там даже дубили кожу.

— А вы не встречали в документах такое имя - Феодосия Казанцева?

— На память не приходит… но у меня есть кое-какие записи о деревне. Я проверю.

Тут Таисия спохватилась и передала краеведу сверток с Лелиным печеньем.

— Ах, голубушки, это же то несравненное печенье, что Ольга Михайловна угощала меня прошлый раз? Нигде больше подобного не ел!

— Секрет в дополнительных яичных желтках, как говорит Леля. Но боюсь, тут нужен ее талант и умение творить волшебство больше, чем лишние желтки.- Улыбнулась Серафима.- Скажите, Арнольд Михайлович, а ведь раньше дубили кожу с помощью каких-то вредных веществ… я не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь, голубушка. Это был мышьяк.

— Значит, это объясняет наличие мышьяка в образцах почвы… и возможно, Галина умерла как раз от отравления, из-за контакта с загрязненной почвой, когда отбирала образцы.

— Голубушка, Галочка была восторженной и экспрессивной, но хорошим историком. Она знала, как делать отборы почвы. И потом – мышьяк не всасывается через кожу. Вы читали ее заметки о Треклятой деревне?

— У нее в номере нет заметок.

— Так надо поискать в школе. Вы же помните, голубушка, какой прекрасный кабинет я оборудовал в школе. Галочка была от него в восторге.

— Но кто нас туда пустит?

— Со мной? Поехали, поехали прямо сейчас! Но… вы же не забудете про стену?

Увидев недоуменные лица подруг, Арнольд Михайлович пояснил: - Стена, в кухне. Под покраску.

Женщины заверили, что ни в коем случае не забудут. А Таисия понадеялась, что у Серафимы или Лели есть знакомый маляр. Она готова выступить спонсором, не брать же в руки кисть!