Онлайн книга «Желтый уровень опасности»
|
— Ты там собираешься сидеть? — Так иди ко мне. Или вы намерены весь вечер пялиться в ящик? Покачав головой, мать снова разворачивается лицом к экрану. Рекламная пауза, поэтому звук они приглушили. Анетте и Ян Инге вперились в экраны мобильных, а Дорте тихонько разговаривает с отцом. Карл крутит в руке бокал, все еще холодящий ему ладонь, хотя кубики льда растаяли. Вообще-то ему хотелось бы удалиться в свой номер. Ответить на электронные письма. Может быть, созвониться с Амундом. Сегодня вечером вряд ли кто из них засидится допоздна. Вскоре мать все-таки подсаживается к нему. Карл помогает ей устроиться перед камином. В этой суете Лабан чувствует себя лишним. Перебирается подальше и плюхается на пол с демонстративным стуком. На этот стук поворачивает голову Ян Инге. — Да, дружочек, скоро уже гулять. — Уф. – Мать ежится. – Страшно подумать, что за прогулка в такую погоду. — Ты не устала, мама? – Склонившись к матери, Карл похлопывает ее по руке. — Немножко. Столько было мороки со сборами сюда. И она легонько кивает в сторону супружника. Карл улыбается. Представляет себе, как они суетятся в своем домишке. Сложить вещи в чемодан или в дорожную сумку? Оставить ли включенной лампу на фасаде? Выдернуть ли из розеток все шнуры или только от техники? Занести в дом горшки с цветами или оставить снаружи? Просить ли соседей забирать почту? Раньше родителям не сиделось на месте, они любили путешествовать, встречать новых людей. В последнее время стало ясно, что их горизонт сужается. Они не понимают, почему некоторых постоянно тянет куда-то. Во всяком случае, не понимают, чего ради сын бесконечно мотается по свету. Столько сил уходит на все эти разъезды. — Твой отец сначала отказывался брать сюда парадный костюм, – говорит мать тихонько. – Говорил, с какой стати расфуфыриваться в такой глуши. — Но ты ему велела? Мать прыскает: — Ага, велела. Иногда в лице матери проглядывает лицо Дорте. Это случается всегда неожиданно и всегда заставляет Карла вздрогнуть. Он чувствует, что сильно отдалился от родных. Но ему заметны черты Дорте и в собственном лице. Так что, может, другие видят и его черты в чертах матери, и черты матери в его лице. Хотя он высокий и светловолосый, а Анетте довольно низенькая брюнетка, у них одинаковые прямые носы c высокой спинкой, как у отца. С недавнего времени он замечает еще, что у всех них есть какие-то общие ужимки и выражения лица. Они тоже проявляются какими-то короткими всплесками, будто ДНК вдруг высовывает голову и восклицает: вот и я! Никуда нам от этого не деться, думает Карл. Не деться от семьи. Непознанные, но тесно сплетенные друг с другом, не в силах расцепиться. — Вот ты у меня точно устал, – слышит он голос матери. Глаза у него закрыты, чтобы не смотреть на мелькающие языки пламени. От ступней тепло распространяется по всему телу, и оно наливается тяжестью и дремотой. — Утро вечера мудренее, как говорится. — Точно, мама. Мать опускает голос: — И вот еще что, я не успела пока поговорить с папой об этом кредите. Он поворачивает голову к ней: — А, вот оно что. То-то он удивился, когда я рассказывал о нашей фирмe. — Я небольшой кредит взяла на себя, чтобы… — Да ты что, мама, зачем же? Я вовсе не хотел… Мать отмахивается: — Да знаю я. Я просто подумала, может, лучше сначала посмотреть, как пойдут дела. |