Книга Долг выполнен. Я ухожу, страница 66 – Анастасия Вежина

— Потерпи, сынок. Немного поработаю, деньги накоплю — и будем больше времени вместе проводить.

— Правда?

— Правда.

Вру. Знаю, что не будет «больше времени». Подработки затягивают как трясина — чем больше работаешь, тем больше нужно денег. Дети растут, расходы увеличиваются.

— Дядя Лёша, а дядя Витя хороший?

— А откуда ты его знаешь?

— Он вчера приходил. С мамой разговаривал, мне конфету дал.

— И что говорил?

— Что красивые у мамы дети. И что жалко, что папа всё время работает.

— Понятно.

Целую Алёшку в лоб, собираюсь на работу. А в голове крутится: «Жалко, что папа всё время работает». Виктор жалеет мою жену. И детей моих жалеет.

В больнице встречаю Татьяну Петрову. Она не отводит глаз с беспокойством.

— Алексей Петрович, вы неважно выглядите.

— Устал немного.

— Немного? Вы месяц как зомби ходите. Когда последний раз нормально спали?

— Не помню. Дела, подработки…

— А семья как? Дети?

— Хорошо. Правда, редко их вижу.

— А жена?

— И жена хорошо.

— Алексей Петрович, можно откровенно?

— Конечно.

— Вы делаете что-то не так.

— В каком смысле?

— Работой от семьи прячетесь. А почему прячетесь — сами знаете.

Татьяна права. Я действительно прячусь от семьи в работе. Потому что дома чувствую себя чужим. Дети любят, но требуют постоянных подарков. Ольга ценит, но сравнивает с Виктором.

— Татьяна Ивановна, а как понять — любят тебя или используют?

— Просто. Попробуйте перестать давать. Если останутся рядом — любят. Если уйдут — использовали.

— А если боишься проверять?

— Тогда так и будете жить в неведении. Кормить и поить, не зная, зачем.

Её слова отзываются болью в груди. Боюсь проверять. Потому что знаю ответ.

Первый пациент — молодой парень с переломом руки. Рассказывает, как упал с мотоцикла, торопясь к девушке.

— Доктор, а вы женаты?

— Да. То есть… живу с женщиной.

— А любите её?

— Конечно.

— А она вас?

— Думаю, да.

— Думаете? — Парень удивляется. — А не знаете точно?

— Откуда знать точно?

— Да просто. Если любит — в глазах видно. А если не любит — тоже видно.

После приёма иду в ординаторскую, смотрю в зеркало. Усталое лицо, потухшие глаза, седина в висках. Кого может любить такой мужчина?

А Виктор — румяный, здоровый, весёлый. Деньги у него есть, время свободное тоже. И главное — он не обременён чужими детьми и больным честолюбием.

Домой возвращаюсь к обеду. Во дворе стоит большой грузовик — красивый, мощный, блестящий. Рядом с ним возится Виктор — меняет что-то в двигателе.

— О, доктор пришёл! — Он поднимается, вытирает руки тряпкой. — Как дела?

— Нормально. А у вас?

— Да вот, движок барахлит. Ольга разрешила во дворе починить.

— Понятно.

Смотрю на него внимательно. Мужчина лет тридцати пяти, спортивный, уверенный в себе. Одет просто, но дорого — кожаная куртка, хорошие джинсы, крепкие ботинки.

— А вы часто здесь бываете? — спрашиваю.

— Да нет, изредка. Ольга — старый друг, помогаю чем могу.

— Понятно.

Иду в дом. Ольга на кухне готовит обед, дети играют в гостиной. Все заняты своими делами.

— Привет, — целую Ольгу в щёку.

— Привет. Как дела?

— Нормально. А у вас?

— Тоже нормально. Витя грузовик чинит, дети с ним болтают.

— Часто он заезжает?

— Не очень. По мере необходимости.

— А необходимость часто возникает?

Ольга оборачивается, смотрит внимательно.