Книга Нино и её призраки, страница 7 – Анна Теплицкая

— Самоисполняющееся пророчество, — пробормотал он. — Ничего не лопнет.

Он очень умен. Несмотря на весь свой скепсис, я всегда жадно следила за каждым его словом, за каждым движением. Меня возбуждала его порывистая, ненасытная до всего нового мысль. Его цель была как будто бы как у всех — заработать много денег, но мне казалось, что эта цель сопутствующая, ведь гораздо больше его занимала идея прочувствовать тенденции глобального рынка, понять их и извлечь из этого знания практическую пользу.

— Ты восторженный апологет новой экономики! — Алиса так однажды сказала нашему общему другу, и тот засиял от удовольствия. Мой милый лишь улыбнулся:

— Не спорю. К коньяку с апельсинами я принес мятный шоколад.

Ненавижу мятный шоколад.

Он наконец сел напротив меня и, судя по выражению лица, сразу заметил, что я не надела лифчик. Волосы свивались и клубились, темной волной тяжело падали на грудь, скрывая ее. Он прищурился:

— Чем сама будешь заниматься, пока меня нет?

А как ты думаешь, чем может заниматься мать двоих детей в новогодние праздники? Уж точно не плавать в Сиамском заливе в неприличной компании. Я поеду с сыновьями на каток в Охта Парк, там наверняка обморожу себе нос и уши, так что придется надеть шапку, буду там матерясь, прикуривать за углом сигарету, прячась, чтобы ее не сдуло, потом буду орать полдня на детей, приду домой, запихну младшего в ванную, налью вина, включу тупой сериал и буду смотреть его в гордом одиночестве. Да, конечно, надо еще думать, чем их кормить. И не забыть вынуть мелкого из ванны. Закажу чипсы, вот точно. Обожаю «Принглз», слижу с чипсин химозный слой, а потом оставлю. Около двенадцати, а то и позже, придет муж, я буду орать на него, а он на меня, мы поссоримся и ляжем спать в разных комнатах. Он придет в спальню только для того, чтобы отцепить зарядку от своего телефона, и даже не взглянет в мою сторону. В семь утра его уже не будет дома, потому что теперь он главный в своем отделе. Именно он должен открывать совещания, приходить на работу первым, а уходить последним. А мы куда, думаешь? Да опять на гребаный каток! Ну или за забронированный столик в ресторане около детской комнаты.

Я моргнула и сказала:

— Мы с девчонками запланировали все праздники гулять по питерским барам.

— Моя хорошая, неужели опять? Тебе не будет скучно?

— Почему скучно? — Я пожевала апельсинку и пожала плечами. Темно-шоколадные волосы заколебались, перелились на левую грудь, правая раскрылась. Ник тут же это заметил — я любила этот его фирменный взгляд с поволокой, он служил демонстрацией моей особой привлекательности, и продолжала как ни в чем не бывало. — Может, познакомлюсь с кем-то.

Это не дешевая манипуляция ревностью, так у нас заведено. Мы не прощали друг другу новые увлечения, а поощряли это. Точнее, он поощрял, а мне было просто удобно. «Мы современная пара: оба в браке, оба позволяем себе других любовников, оба знаем, что у нас нет прав друг на друга, а значит, вместе нас удерживает только настоящая любовь», — думала я.

— Ты неисправима. — Мой милый взял мой бокал и, доверху наполнив его белым сухим, вложил мне в руку. — За это я тебя так люблю.

Тотальное отсутствие ревности иногда настораживало: как-то я спросила, ревнует ли он меня к мужу. И он так искренне удивился, что я сразу поняла, как далеко от центра его мировоззрения стоит это невыразительное слово. С другой стороны, Ник — чуть ли не единственный человек, с кем я откровенна, в любой момент он знал, что на самом деле у меня в голове: не страшно было показаться ему чересчур пошлой, разнузданной или легкомысленной — он наверняка бы это одобрил. Я вываливала перед ним всю свою грязь, а он продолжал смотреть на меня, как на солнце. Муж о моих мыслях даже не догадывался — подозреваю, что ему такое попросту неинтересно. А вот Ник охотно слушал рассказы о мелких интрижках и новых влюбленностях. Мы могли обсуждать переписки друг друга, глупые шутки и упущенные возможности. С ним было интересно. И только в последнее время я стала задумываться: вдруг только эта моя неправильная женственность заставляет его быть рядом? Что, если бы я была нормальная? Сумел бы он быть со мной так долго?