Книга Нино и её призраки, страница 9 – Анна Теплицкая

— Ну не дипломы это… справки, — сказала я. —

Я ж не окончила ни филфак, ни ИЭСТ…

— Тащи все равно, посмотрим, что там написано.

Моего роста не хватало, чтобы дотянуться до самой высокой полки прозрачного стеллажа, куда я за ненадобностью задвинула почти все свои документы, в том числе справки из деканата об окончании трех курсов. Я вытащила из кладовки табуретку-стремянку и под критический бубнеж Алисы, которая высмеивала теперь фразу «люблю отдаваться работе», взобралась наверх. Вот она, коробка с документами — я провела по крышке ладонью и вытерла пыль. Тьфу, рука теперь черная.

— А что тебе не нравится-то, Алис? — крикнула я с высоты. — Типа погружаюсь в работу с головой.

— Отдаваться в другом месте будешь, мы обе знаем в каком. — Она взглянула на меня с неудовольствием. — Как там у вас, кстати?

— Нормально все, — ответила я, не вдаваясь в подробности. Алиса мою порочную связь не одобряла, не понимала, как можно поступать непорядочно с очень порядочными людьми типа моего мужа, а позывы страсти были ей неведомы. Она, в отличие от меня, умела держать себя в руках. Даже не так — ей не приходилось ничего с собой делать, чтобы контролировать свои мысли и телодвижения. У нее как будто бы и не было грязных помыслов. Любит своего скучного парня, да и все тут, нет у нее душевного раздрая и любовных переживаний.

— А у вас как? Замуж собираешься? — невинно спросила я, прекрасно зная, что это вопрос всей ее осознанной жизни.

— Работа у меня, — сказала Алиса. — Не до этой ерунды.

— Вот и славно. Я тоже хочу работу, может, тогда и мне станет не до этой ерунды.

— Нужно переписать твое резюме. Какая у тебя там кафедра была? Экономики и финансов?

— В справке там не видно, что ли? — я попыталась заглянуть в бумаги через ее плечо, но поймала сердитый взгляд. — Ну не помню я, что тут такого… Это сто лет назад было, ну… Может быть, принесу тогда вина? Ну пожалуйста… Как насухую-то такую скуку писать.

— Алкашка, — сказала Алиса. — Ладно, тащи.

— Грузины не алкаши, грузины — ценители.

Через полчаса резюме было написано, откорректировано и вычищено до блеска. Получалось, что я специалист в области экономики с незаконченным высшим университетским образованием, лингвист, владею английским языком на уровне advanced (это, кстати, правда, я до восемнадцати каждое лето каталась в Hedwig School), работала три года офис-менеджером у Алисы в компании…

— А если будут проверять? Вдруг спросят, чем я у тебя занималась?

— Ответишь. Офис-менеджер, это же не инженер, в конце концов. Что делала? Канцелярию закупала, билеты мне на Маврикий бронировала, руководила секретарями и курьерами, потом я тебя повысила до ассистента, вот, смотри сюда, — она ткнула графу, из которой следовало, что через два года работы сам генеральный директор назначил меня своим помощником. — Тут ты стала организовывать встречи на

высоком уровне, сопровождать меня на бизнес-конференции…

— Подожди-подожди, я запишу, — испугалась я.

— Пиши, — Алиса махнула рукой.

Когда мы наконец разместили резюме, я была пьяна на шесть баллов из десяти.

Я спала беспокойно, но, проснувшись, не обнаружила никакой похмельной боли. Первое, что я сделала после того, как это выяснилось, — повисла на зарядке и вытянула за провод телефон, затерявшийся в одеяле, зашла на сайт, проверить отклики или отказы. Ни того ни другого не было, как и просмотров моего многообещающего резюме.