Книга Нино и её призраки, страница 84 – Анна Теплицкая

— Вот такого уж точно не бывает, — пробурчала я, закрывая лицо от мелких искорок, и побежала в ту сторону, где виднелась устрашающего вида гора.

— Восьмой поворот — и наша собственная реальность становится единственной реальной.

Впереди замаячил замок, который частично закрывала тьма. Я быстро преодолела кажущуюся пустоту, пробралась через горбатый мост надо рвом и зашла в распахнутые ворота. Вижу вот что: в круге лампового света кружатся черные дэвы, исторгая вопли и проклятья. В детстве бабка Лиза читала мне грузинские народные предания, так что я сразу узнала дэвов — сильных кровожадных существ огромного роста, тело у них покрыто густой щетиной, на голове рожки. Днем они прячутся и выходят охотиться только по ночам, значит, здесь их жилище. Тогда это не просто гора, а Ависгори − то есть гора зла. Великолепно, Николай Васильевич, спасибо, чудесная экскурсия.

На большом троне сидит Алексей Александрович в виде демона исполинских размеров с тремя лицами. Я как-то сразу поняла, что он здесь вершит суд. Жуть. Очевидно, я стала свидетелем борьбы моего добра с моим злом, и, судя по обстановочке, зло преобладало. В таком случае над этими образами можно просто посмеяться.

— Эээ, генацвале^[21], — сказала я ему. — Ты что такой большой?

Он вытащил изо рта сигарету, истекающую цветной кровью, и проорал:

— Развратница. Будет тебе судный день. Каждая твоя влюбленность — это и рай, и ад, и чистилище.

Меня узрело и второе его лицо с рассеченной плотью от шеи и вниз:

— Смотри, что ты наделала.

Чем дальше, тем больше увиденное походило на представление, срежиссированное клиническим психопатом. Что подпитывает эти изощренные фантазии? Безумие или норма? Как, интересно, внутри у других? Здесь должны жить мои пороки и достоинства, только вот где последние? Почему так мрачно в самом центре моего я?

Я попятилась и отступила в тень. В ее глубинах − люди, все, которых я встречала за свою жизнь. Все эти образы, которые я не помнила ясно, всегда толпились на заднем плане, а теперь обрели тела и, как животные, наскакивали друг на друга. Третье лицо Алексея Александровича кричало вслед: «Я искупил мой грех, творимый по твоей же воле». К своду, заглотнув кого-то, взметнулся шестиногий змей. Интересно, участвуют ли эти существа в заговоре против меня, стремясь уничтожить, или просто существуют, живут здесь собственной жизнью и меня не трогают. Я видела, что дэвы протянули по стенам ущелья пацери — с их помощью злые духи ловят людей и едят их.

Это было на редкость неприветливое место. Ужасно, что, судя по всему, мое нутро не может не влиять на меня. Неужели я вся лишь нагромождение страхов и тревог? Мне взгрустнулось — не вырастет на зловонном удобрении моей сущности ничего полезного, потому что земля здесь черная и сухая. В этой метафоре десяток разных значений, но все примерно об одном и том же — руины и непоправимый хаос. У Ии наверняка внутри дворец с золотыми горами, и она, обнаженная, принимает молочные ванны перед миллионами фолловеров в прямом эфире.

Тут мое внимание привлек сгорбленный силуэт, стоящий в развалинах молельни на коленях, с воздетыми кверху руками. «Мама!» — крикнула я. Она испуганно обернулась и ее блуждающий взгляд остановился на мне. Она подбежала, заламывая руки: