Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 76 – Сьюзен Уилсон

Дружелюбный гонец опять потрогал свой кулон.

— Троянцы презирают наши священные законы, – сказал папа. – Наши боги им не боги.

— Чужестранцы бывают чудны, – сказал сидящий гонец.

— Все это очень затруднительно, – произнес дружелюбный. – Но вы нас хотя бы подготовили. Мы должны быть благоразумны.

Отец тяжело вздохнул.

— Во всяком случае, я постарался. Ниспосланный свыше дар предвидения – это проклятие. Ночью Гермес являет мне ужасные видения, и днем я скорблю по смертным, пока они еще дышат. – Какое-то рыданье, страшный звук, вылетело из папиного горла. – Простите меня, господа, простите. Пожалуйста, позвольте мне побыть для вас хорошим хозяином то время, что вы находитесь в Трое. Еще вина?

Оба гонца побелели, как творог.

— Да, – ответили они одновременно.

Отец так часто наполнял кувшин, а потом и кубки гонцов, что в чашу для разведения можно было налить одной воды. Посланники сказали ему, что он очень добр; не нужно было давать им столько пить, а свой кубок оставлять пустым.

— Ну, как вишь, тръянцам надо тпраить ее назад, – проговорил дружелюбный гонец. Он потыкал пальцем в воздух и закачался, будто сейчас упадет.

— Не, не, – сказал второй. – Война нзбежна.

— Но если Приам предложит дстатшные репра… репара… дстатшно имущества?

— Мемнон не сгласится меньше, чем на Трою. Все так грят.

— Трою за Елену! Она правда так мила?

— Нет… – сидевший гонец рыгнул. – Трою и Елену.

— Стало быть, Агамемнон намерен воевать несмотря ни на что? – спросил папа. – Я-то надеялся, что положение не столь безрадостно.

Дружелюбный гонец уставился на него, хлопая глазами.

— Слушьте, а у вас есь ще вино? – Он вскочил на ноги и протянул свой кубок.

— Пить хочется? Сейчас исправим, – ответил папа.

Через миг гонец с папиной помощью снова осел на пол, а потом лег на бок. Хотя папина рука закрывала ему рот, темное вино изливалось потоками.

— Отвернись к стене, – велел отец Астиноме.

В кои-то веки она не послушалась. Ее занемогшему, булькающему другу нужна была помощь. Она выбралась из-под стола.

Папа ловко скользнул за спину второго гонца, который стоял и пялился в чашу для разбавления вина. Отец схватил и потянул своего гостя за длинные волосы. В его руке сверкнуло серебро. Священный кинжал? Но он же пользуется им для принесения жертв. Не у себя в зале, а в храме бога Апалиунаса. Для подношения овец, а не…

Астинома вскрикнула, когда что-то чиркнуло ее по ноге. Пальцы ее друга. Только это был уже не ее друг. Это был красный демон с выпученными глазами. Его рот открывался и закрывался над влажным лоскутом кожи на шее. Астинома с трудом переступила через демона и бросилась прочь из зала.

Наверх, в безопасность своей комнаты. Там она бросилась на свою кровать и закричала.

* * *

Позже папа пришел к ней, одетый во все чистое и темное, как дно колодца. Он погладил ее по волосам и приложил к губам чашечку. Напиток был травянистым и горьким на вкус. У Астиномы закрывались глаза, пока отец говорил о том, что нужно слушаться воли богов. Его слова теряли смысл и сливались. Ей казалось, что все это ей снится.

В какой-то момент отец тряхнул Астиному за плечи. К ее удивлению, он спросил, какое из ее немногих платьев нравится ей больше всего. Раньше он никогда не проявлял интереса к подобным вещам. Он сложил ее платья в заплечный мешок и повел ее вниз.