Онлайн книга «Яга на выданье»
|
— Я не мелочь, я Баюн Василий Леопольдович! – донеслось из-за пазухи, и тут же кот высунулся вниз и заорал: – Счастливо оставаться, неудачники! Жабам привет! Мы стремительно набирали высоту, оставляя позади разгромленную поляну. И когда я уже собиралась лечь на курс до своего нового места назначения, снизу донёсся глухой лязг. Богатырь, которому досталось котелком, наконец пришёл в себя. Он с трудом стянул с головы чугунину, обвел мутным взглядом танцующего товарища и второго, отплёвывающегося жабами. Затем он поднял глаза в небо, провожая взглядом мой удаляющийся силуэт на фоне заходящего солнца. На его грубом, бородатом лице расцвела абсолютно счастливая, блаженная и совершенно идиотская улыбка. Он прижал котелок к груди и громогласно, на весь лес, провозгласил: — Какая прекрасная дева! И с приданым, с котелком! Решено! Женюсь!!! — Ой, мамочки… – пискнул Василий, прячась поглубже в мантию. – Хозяйка, прибавь ходу! У него, кажется, от удара мозг в режим размножения перезагрузился! Я лишь истерично хихикнула, выжимая из метлы максимальную скорость. Тьмутаракань ждала. И что-то мне подсказывало: спасать этот мир от хтонической тьмы будет куда проще, чем от влюбленного русского богатыря. Все только начиналось! Глава 3 Глава 3. Воздух вдруг ощутимо уплотнился, запахло озоном и сырой землёй, и моя метла с тихим треском прорвала невидимый магический барьер. Прощай, яркое солнышко, золотистые облака и цветущие луга! Здравствуй, Тьмутаракань. Контраст был такой, будто мне на голову внезапно надели пыльное ведро. Небо тут же заволокло унылой серой хмарью, пушистые сосны сменились кривыми, лысыми корягами, а вместо птичьих трелей откуда-то снизу доносилось заунывное, тоскливое уханье. Идеальное место для ссылки. Василий Леопольдович, осмелев, выкарабкался из моего декольте и перебрался на древко помела – чтобы с комфортом осматривать новые владения. А моя древняя летательная развалина, почувствовав родные хтонические энергии, как всегда, решила покапризничать. То влево вильнёт, то носом клюнет, норовя присосаться к какой-то корявой, полумёртвой яблоне, будто там не гнилые огрызки висят, а нектар богов. — Да сколько можно?! – рявкнула я, дёргая рукоять, как упрямого осла за уши. – Летим туда, куда я сказала, а не куда тебе вкуснее кажется! В ответ метла возмущённо взбрыкнула, словно необъезженный мустанг. Древко резко подкинуло вверх, и мой новоиспечённый грозный фамильяр, не удержав равновесия на своих коротких лапках, с истошным «Мя-а-а-а-а!» сорвался вниз. Прямо по курсу внизу виднелось чудо-чудное, диво-дивное – моя служебная жилплощадь. Вросшая в землю по самые окна, полуразвалившаяся изба. Крыша просела так, что напоминала профиль пожёванного молью и окончательно сгнившего мухомора. Брёвна поросли сизым мхом и подозрительными лишайниками, труба печально покосилась, а мутные слюдяные окна подмигивали так едко, будто знали обо мне абсолютно всё. Вид был до того удручающий, что хотелось обнять эту избушку и горько поплакать. Именно в это архитектурное недоразумение, пробив головой трухлявую ставню, пушечным ядром и влетел мой кот. РАЗДАЛСЯ ОГЛУШИТЕЛЬНЫЙ ГРОХОТ! Внутри что-то жалобно хрустнуло, со звоном посыпалось, и из окна вырвалось густое облако вековой пыли вперемешку с трухлявыми щепками. |