Книга Душа мавки, страница 19 – Ева Бран

Мавка снова улыбнулась, но теперь улыбка была другой – остро-горькой, как у человека, который вспомнил, что у него отняли, но ещё не знает, как с этим быть. Немного безумная улыбка, отражающая все грани человеческого страдания.

— Ты… - прошептала она, и голос её дрожал. – Ты… пахнешь… железом.

Она наклонилась ближе к границе круга, и я увидел на её шее след печати, который стал темнее, чем прежде. Он словно горел изнутри.

— Ты… - снова попыталась она. – Ты сказал…

Её лицо исказилось. Она зажмурилась, и по воде пошли мелкие волны. И вдруг – удар. Не по кругу. По мне.

Я почувствовал, как что-то холодное цепляет мою лодыжку снаружи круга. Не заметил, как кончик ботинка вышел за линию. Она нашла слабое место. Холод сомкнулся на ноге, словно железный обруч. Меня дёрнуло вперёд. Песок ушёл из-под подошвы, и я на мгновение потерял равновесие.

— Чёрт, - выругался в сердцах.

Нить на запястье обожгла кожу. Якорь отработал. Я рванулся назад, в круг, и одновременно воткнул ладонь в песок, чувствуя землю. Земля откликнулась тяжестью, не давая мне упасть в воду. Я успел, но это было предупреждение. Мавка может. Она учится. Она не просто голодная. Она умная, потому что боль делает её такой.

Я выпрямился, подтянул ногу, восстановил линию и сказал уже жёстче:

— Всё. Хватит.

Поднял нож и начертил последний знак – «Замок на кромке». Это не убийство. Это затвор всего лишь на время. Она завыла. Вода взвилась и обрушилась на венец с неистовой яростью.

Темнота сейчас была такая плотная, что пришлось подключать сумеречное зрение охотника. И в этой темноте, в самом сердце удара, вспышкой снова прошла её память:

«костёр, дым, чёрные птицы… женское лицо, искажённое болью… руки, волочащие по земле… вода, врывающаяся в рот… и последнее – Ведагор, стоящий по колено в озере, и его тихое: «Прости. Я не успел».

Когда тьма отпустила, круг всё ещё держался, а вода успокоилась, словно признавая поражение. Мавка же исчезла. Не ушла далеко, потому что я чувствовал её под поверхностью. Но больше не показывалась.

Я стоял в кругу, тяжело дыша. И было у меня странное ощущение: будто я не отбился от нечисти, а коснулся чужой судьбы. Кусок её прошлого прилип ко мне, как ил к ботинку. Я собрал инструменты молча. Ощущения победы не возникло. Скорее, горечь и сожаление. Мне было жаль эту сущь, некогда бывшую красивой девушкой, преданной людьми.

Перед уходом я снова посмотрел на камень с рунами. Капли крови темнели, будто впитались в сам узор. Кудеяр был где-то рядом. Я это чувствовал. Нет, не физически, а духовно.

А где-то в глубине, под слоем воды, под илом, под старым венцом сна, мавка, которую звали Ариной, держала в ладонях своё имя, будто горячий уголёк, и не знала, что делать с этим огнём.

Глава 5

Арина

Я лежала на дне и слушала окружающие звуки. Люди ещё долго бегали по берегу, разрезая гладь озера острыми лучами света. Они надеялись спасти своего, но то, что взяла мавка, остаётся на дне. Навсегда. Потом всё стихло. Озеро снова стало гладким и спокойным.

Я знала: он мёртв.

Тело лежало чуть дальше – в тёмной впадине, где даже рыба не любит ходить. Я не смотрела на него. У меня не было желания. Нет, не боялась я утопленника, ведь сама была таковой. Просто не видела смысла глазеть на то, что испустило дух. Их жизнь уходит вверх пузырями, а потом вода забирает в себя остатки тепла, и остаётся пустота.