Книга Тень ворона, страница 23 – Анастасия Дёмина

— Спасибо за угощение.

И пошел дальше, не оборачиваясь. Но уже шагов через тридцать его взгляд наткнулся на приземистый куст орешника. Плодов на нем было совсем немного, да и то мелких и невкусных, но Иван вида не подал и повторил ритуал.

Но третье обещанное Аксиньей угощение леса искать пришлось долго. Судя по сгущающимся теням, солнце начало клониться к закату, воды в мехе оставалось на пару глотков, ноги после бессонной ночи и целого дня ходьбы без привалов по негостеприимной чащобе ныли и одеревенели от усталости. В какой-то момент, запнувшись о спрятавшийся в траве корень, Иван рухнул на четвереньки, едва успев подставить руки. Скрипнув зубами от боли и досады, он присел на колени, отряхнул ладони и замер, услышав знакомый клекот. Медленно подняв голову, он встретился взглядом с темными в желтом обрамлении глазами еще одного неожиданного в гиблом лесу гостя – быстрокрылого сокола. Гордо нахохлив светлую грудь над пестрым животом, хищная птица оценивающе рассматривала его с высокой ветви ели, корябая кору мощными когтями.

Внезапно сокол с громким кличем спрыгнул, ушел в крутой поворот вправо и, скользнув между ветвями, рассек крону, как заточенное лезвие.

Иван после недолгого колебания поднялся, отряхнул колени и тоже свернул вправо. Обходя толстый ствол старого ясеня, он едва не шагнул в куст со знакомыми широкими листьями с зазубренными краями, за которыми прятались целые горсти крупной черной смородины. Судя по объеденным кистям и поклеванным ягодам, многие лесные обитатели с удовольствием ими лакомились.

Иван про себя цокнул языком: он как раз черную смородину недолюбливал. Но нарвал с ладонь ягод и съел, запив терпкую мякоть последними глотками воды.

Затем он ненадолго привалился к ясеню и прикрыл глаза, позволив себе долгожданную передышку.

В лесу снова стало тихо, но Ивану не было страшно. Казалось, он начал понимать настроение этого огромного живого царства, и сейчас на место былой настороженности пришло любопытство. Лес признал его за честного гостя и теперь был готов слушать, с чем он к нему пожаловал.

«Расскажи, зачем ты пришел. Без утайки, во всех подробностях поведай о своих бедах, своих страхах, своих мечтах, чего ты хочешь добиться, на что надеешься и во имя чего ищешь силы. С этого момента лишь от твоих слов, твоей искренности будет зависеть, внемлет тебе лес или отправит восвояси».

Вдохнув влажного трухлявого запаха потрескавшейся коры, Иван оттолкнулся от ствола и пошел дальше. Он не знал, с чего начать, но слова полились сами собой, как прорвавшая запруду река. Он шел вперед, не разбирая дороги, но при этом удивительным образом ни разу не запнулся, несмотря на прикрывшее землю одеяло из плотных теней, и без конца говорил: о своем детстве в славном городе Бряжске на берегу красавицы Белицы, о своей семье уважаемых купцов в третьем поколении, о любимом отце, убитом жестоким разбойником, просто потому что тот посмел встать на защиту неразумного сына. О войске вероломного Змея, начавшего с грабежей торговых обозов, а теперь грозящего залить кровью город, почерневший под гнетом его ставленников, как от смертельной заразы. О своих братьях, перебивающихся мелкими заработками, потому что им отказали в деле всей их жизни, и о сломленной горем и страхом за сыновей матушке, забывшей, когда в последний раз надолго выходила из дому. О своих друзьях, с кем он вырос и которые немедля вызвались помочь ему отомстить предателям простого народа, не подозревая, какие беды они навлекут не только на себя, но и на всех своих родных.