Книга Печать Кощея, страница 94 – Анастасия Дёмина

Она быстро глянула на Костю, и тот догадался, о чём она подумала, но не стала озвучивать: с кощеевым зрением ему как раз было по силам определить, настоящий перед ним бесценный артефакт или пусть и дорогая, но всё же подделка.

— Да и кто на такое решится? – добавила Аля. – Посторонних у нас не бывает, а среди учеников дураков нет.

Костя отметил про себя, что не он один покосился на василису-прекрасную, но если Катя и Жанна сделали это незаметно, то Никита, забывшись, повернулся к ней и с подозрительным видом прищурился.

Не желая привлекать лишнее внимание, Костя торопливо бросил:

— Ну, увидимся на ужине! – И потащил за собой Никиту в сторону общежития.

— Нам нужно поговорить! – прошипела нагнавшая их Жанна.

Костя кивнул, но промолчал, потому что навстречу им шли несколько ребят из старших классов. Уже на лестнице он быстро обернулся и сказал девочкам:

— Встретимся в нашей комнате.

Жанна, в предвкушении сверкнув тёмными глазами, даже с чемоданом в руках обогнала слегка запыхавшегося Никиту и бодро побежала дальше по ступенькам на третий этаж, Катя едва за ней поспевала.

В общежитии чувствовалось оживление: то и дело хлопали двери, впуская и выпуская вернувшихся с каникул учеников, закончивших разбирать вещи и спешивших поделиться с друзьями новостями или похвастаться новогодними подарками. Помахав Владу, стоящему в коридоре с двумя одноклассниками, Костя и Никита зашли в свою комнату П.И. Чайковского.

Всё здесь осталось точно таким же, как было, когда они вышли из неё девять дней назад. На кровати Никиты так и валялась грязная футболка, которую он не успел отнести в стирку; на письменных столах, дожидаясь новых учебных будней, возвышались учебники; а на тумбочке Кости лежала книга «Урфин Джюс и его деревянные солдаты» с закладкой посередине. Им не разрешалось брать с собой библиотечные книги, но у Ланских, о чём Катя заверила его перед отъездом, нашлась вся серия Волкова, и Костя успел дочитать и эту книгу, после чего принялся за следующую.

Никита бросил сумку с вещами у кровати, поставил футляр с флейтой на стол и, проведя пальцем по столешнице, проворчал:

— Надо будет завтра пыль протереть.

Костя направился в свою половину комнаты, пряча улыбку. Никита рассказывал, что мама с детства приучала его тщательно следить за состоянием музыкальных инструментов, чистить их, смазывать канифолью, вовремя удалять окисления и так далее, и постепенно это переросло у него в непримиримую борьбу с любой пылью и грязью. Правда, как она сочеталась с вечным бардаком на письменном столе и в шкафу, который открыть было страшно, потому что из него обязательно что-нибудь вываливалось, Костя не очень понимал.

Он едва успел поставить на книжную полку подаренную энциклопедию по архитектуре, когда дверь их комнаты распахнулась, впуская Жанну и Катю. Должно быть, они только занесли к себе чемодан и рюкзаки, скинули верхнюю одежду и тут же помчались назад. И если у спортивной жар-птицы даже дыхание не сбилось, то Катя с присвистом втягивала ртом воздух и, морщась, держалась за бок.

— Жанна! – подпрыгнув от неожиданности, рявкнул Никита, стягивающий с себя свитер. – Сколько раз тебе говорить: не вваливайся без приглашения! Хоть бы постучалась!

Но Жанна на него даже не взглянула и, подскочив к Косте, возбуждённо затараторила: