Книга По праву крови, страница 102 – Кирилл Малышев

Бесконечная ночь текла своим чередом, пока вдруг музыка не смолкла.

Ярополк стоял на коленях – стоять иначе ему не дозволялось – у края помоста, куда его отослал Тулускай. Мальчик затравленно огляделся, пытаясь понять, что происходит, не собираются ли заскучавшие гости снова издеваться над ним.

Но, взглянув в центр юрты, понял – причина не в нём.

По залу двигалась процессия. Десяток рослых ханатов в чёрных латах.

Нукеры.

Лезвия кривых сабель, висящих на поясах, поблёскивали в красном свете факелов. В руках воинов были цепи, протянувшиеся к металлическому ошейнику, сдавливавшему могучую шею пленника.

Лица узника не было видно. На его голову был надет плотный холщовый мешок. Но Ярополк понял, кто это. По фигуре, возвышающейся на целый аршин даже над самыми рослыми из отборных воинов хана.

— Весемир… – не веря своим глазам, прошептал мальчик.

Великана подвели к помосту. Несколько нукеров дёрнули цепи, заставляя воеводу склониться. С его головы грубо сорвали мешок.

Вид воеводы был жуток. Лицо настолько изувечено, что узнать его оказалось почти невозможно. Синюшное, покрытое синяками, распухшее до неестественных размеров. Щёки отвисли, глаза заплыли так сильно, что между веками едва проглядывали узкие багровые щели. Губы были разбиты, густая борода свалялась в колтуны, слипшиеся от засохшей крови. Левая рука безвольно болталась вдоль туловища. Судя по всему, сломана.

Медленно, превозмогая боль в изувеченном теле, Весемир расправил плечи, возвышаясь над столами подобно величественному утёсу. Гости ахнули. Возглас изумления пронёсся по рядам пирующих. Такого исполина никто из сидящих здесь ещё не видел.

Воевода с достоинством поднял голову. В зале повисла напряжённая тишина.

— Ты Весемир, спутник Олега? – гнусавым голосом поинтересовался Тулускай.

— Да. – хрипло, но громко ответил пленник. – Я Весемир Свенельдович, воевода радонской дружины, старый друг и спутник Олега Изяславовича. Где мой княжич?

В юрте раздался смех. Охрана и гости находили горделивую речь закованного в железный ошейник пленника забавной.

Тулускай тоже снисходительно усмехнулся, как улыбаются словам неразумного ребёнка.

— Что ж, воевода, – продолжил он. – Я отвечу на твой вопрос. Олег тяжко оскорбил Великого хана. Владыка земли и неба покарал его за дерзость.

Глашатай небрежно указал ладонью на настил.

Весемир, прищурившись, посмотрел на помост, не понимая, что имеет в виду ханат.

Его глаза метались в поисках княжича, пока взгляд не упал на стоящего в тени Ярополка.

Голова воина бессильно опустилась на грудь. Он обо всём догадался. Раз младший из Изяславовичей здесь, значит, лагерь постигла та же участь, что и его людей, въехавших в Ханатар этим днём.

— Вижу, ты не до конца понимаешь меня, – с издёвкой протянул Тулускай. – Выражусь яснее. Никто не может безнаказанно оскорбить Великого хана. Иными словами – твой княжич мёртв! И умерщвлён он заслуженно.

Он сделал паузу, наслаждаясь отчаянием, которое уловил в глазах пленника.

— Но ты, воевода, можешь избежать его участи.

Весемир поднял голову и пристально посмотрел на ханского глашатая.

— Чего вы хотите от меня?

— Ты великий воин, Весемир. Владыка Степи милостиво предлагает тебе присягнуть ему и встать под его знамёна. Так ты сохранишь жизнь. Хоть ты и убил голыми руками десяток ханских нукеров сегодня днём – владыка Угулдай готов простить тебе это, если ты склонишься перед ним и поклянёшься в верности.