Книга Яд Версаля-2, страница 3 – Эрика Грин, Silver Wolf

Особенно меня угнетало то обстоятельство, что Эжен ничего не знает о смерти старого графа, моего мужа, о том, что мы с Рене, нашим с Эженом сыном, вернулись во Францию. Все эти годы я не писала ему, опасаясь нарушить слово, данное Филиппу Орлеанскому, который заставил меня написать это проклятое письмо, в котором я должна была уверить Эжена, что якобы никогда не любила его. Месье угрожал мне, что если я нарушу уговор, то он немедленно даст ход уголовному делу по обвинению Эжена в попытке отравления моего мужа. А это верная смерть для виконта…

Теперь, когда я овдовела и вернулась из Лондона на родину, я должна найти своего любимого, где бы он ни находился.

Итак, что мне известно о нынешнем положении Эжена? Только название корабля, на котором он собирался покинуть Марсель, чтобы ехать на Ямайку за ромом и сахаром. Значит, надо начать с порта.

Я спустилась вниз, держась за поручни, опасаясь поскользнуться на отполированных сотнями ног ступеньках. Спросила хозяина, как пройти до порта.

— Мадам, здесь недалеко, но приезжему человеку найти будет весьма непросто, — засуетился хозяин. — Если позволите, Жюль вам покажет дорогу.

И Жюль повёл меня узкими, грязноватыми улочками с остатками помоев, рыбьих потрохов и чешуи, которые вкривь и вкось вели к порту. Мне не показалось, что порт был недалеко, как уверил хозяин гостиницы. Пока шли, я успела натереть ноги в туфлях, которые не готовы к подобным испытаниям. Но на то, что мы идём в правильном направлении, указывало то обстоятельство, что ветер, дувший со стороны моря, становился сильнее и свежее и приносил запахи смолы, хамсы и пеньки.

Наконец, пред моими глазами предстала величественная картина: синяя морская гладь на горизонте соприкасалась с голубым небом, сияющим сквозь белые перья облаков, и корабли, покачивающиеся со скрипом на волнах у самого берега. Кое-где виднелись матросы, укладывающие снасти и канаты.

Я отпустила Жюля, дав ему немного денег, и отправилась в главную портовую контору, за которую я посчитала небольшое белое здание с зелёной крышей. Я ожидала увидеть там бравого морского волка, смолящего трубку с ямайским табаком.

Но навстречу мне поднялся суховатый седовласый старичок, судя по всему, портовый чиновник. Впрочем, именно он-то мне и был нужен.

Но этот почтенный господин не дал мне никакой информации о судне «Святая Тереза».

— Да, такое судно стоит порой у наших берегов, но его нет в реестре нашего порта, это частная собственность, — что-то невразумительно мямлил, пряча глаза, чиновник. — Поэтому у нас нет точных сведений, куда оно отбыло, когда и тем более, кто находится на его борту. Прошу прощения, мадам.

У меня создалось впечатление, что он что-то недоговаривает, но вытянуть из него больше информации не получилось.

Совершенно обессиленная и разочарованная, испытывая боль в натёртых ступнях, я брела назад, с трудом вспоминая путь к гостинице и жалея, что отпустила Жюля. От палящего солнца по спине холодными горошинами бежали капельки пота, губы пересохли, и мне хотелось есть.

В полном изнеможении я присела на улице около какой-то таверны, с наслаждением вытянув ноги и сняв туфли. И ещё я раздумывала, стоит ли что-то заказать поесть в этой дыре или просто попросить воды.

— Совсем совесть потерял! — услышала рядом с собой сердитый женский голос.