Книга Яд Версаля, страница 67 – Эрика Грин, Silver Wolf

— Ох, дорогая, — Этель поставила чашку на столик. — Мне скрывать особо нечего. И знаешь, порой так и тянет выговориться, да не с кем. Разве что с тетушкой Совой, но она уже старенькая, боюсь, не все мои тревоги и печали будут ей понятны.

— А тебе есть о чем печалиться? — Арлетт искренне хотела понять, как Этель решилась пойти на такую странную сделку.

— Ну, ты же, Арлетт, наверняка знаешь, что мой муж стар, не может иметь детей, -

Этель не чувствовала никакой неловкости, говоря о сокровенном с сестрой Эжена, словно они были подруги, знакомые с детства. — А я очень хочу ребенка, до сердечной боли. Жить со стариком совсем не сладко, а тут хотя бы у меня появился родной маленький человечек, ради которого стоит жить…

Арлетт внимательно смотрела на Этель своими темными, как омуты, глазами. И тоже вдруг поняла, что ей некому высказать свои душевные печали: ведь кое о чем не догадывается даже Эжен.

— Знаешь, Этель, а я замуж не пойду вообще! — Девушка имела вид решительный и чуть сердитый.

— Как? А Эжен говорил, что за тобой ухаживает очень достойный молодой человек, из древнего аристократического рода, и он не прочь сделать тебе предложение! — удивленная Этель смотрела во все глаза на свою собеседницу. — А я-то думала, что скоро быть веселой свадьбе…

— Вот и Эжен так думал, даже руки потирал от удовольствия, какого прекрасного жениха нашел своей младшей сестренке! — сердито надув губы, Арлетт отвернулась в сторону. — Но этому не бывать!

— Почему, если жених молод и хорош собой? Не то, что мой дряхлый муж… — удрученно произнесла Этель. — Вот его нет в Париже, а я рада. Арлетт молчала, словно решаясь на что-то. И вдруг выпалила:

— Да потому что жених этот — не Эжен! — глаза Арлетт наполнились слезами. — Брат всегда был, есть и навсегда останется для меня идеалом мужчины. И нет никого, кто мог бы не проигрывать в сравнении с ним… Но он мой брат… Поверь, Этель, носить в себе это очень тяжело. Даже он сам не понимает этого: все подыскивает мне женихов, мечтает о дне, когда выдаст свою сестренку замуж ….

Этель потрясенно молчала. Потом прикоснулась к руке Арлетт, безвольно лежащей у той на коленях.

— Я понимаю тебя, дорогая… Я ведь когда узнала о сделке мужа с твоим братом, думала, что возненавижу Эжена… Но влюбилась без памяти! Его невозможно не любить…

— Да, это так… — прошептала Арлетт.

В спальне Эжена послышался какой-то легкий шум, и обе девушки бросились туда.

Кризис миновал. Эжен не только выкарабкался из тяжелого состояния, но и с каждым днем чувствовал себя все лучше и лучше. На второй неделе после злосчастной дуэли он уже вставал с постели, ходил по дому и казался вполне здоровым человеком. Только иногда забывался, делая резкое движение, и тогда боль в почти затянувшейся ране напоминала о том, что с ним произошло. Поскольку виконт — не тот человек, который станет проводить время попусту, он уже начал потихоньку заниматься делами на конюшне, давая распоряжения. Он с упоением рассказывал Этель о том, что пока у него есть только несколько кобылиц, а жеребцов для развода он еще не прикупил. Этель благодаря Эжену узнала все, что только можно, о мекленбуржской породе, к которой Эжен испытывал особое почтение.