Книга Великолепная Софи, страница 160 – Джорджетт Хейер

Вряд ли можно было бы ожидать от Сесилии, что она сумеет заставить себя отказаться от помолвки и до официального объявления, поскольку она, по-видимому, испытывала непреклонную веру в незыблемую силу привязанности мистера Фовнхоупа (веру, которую ее более проницательная кузина не могла разделять), и чуткое сердце девушки сжималось от мысли, какую невыносимую боль она причинит тому, кто был столь преданным ее воздыхателем.

Что касается экстраординарного перевоплощения мистера Ривенхолла, оно, скорее всего, не таило в себе столь уж непостижимой загадки. По крайней мере, для Софи, если не для его сестры; но хотя чувства, которые привели его к этому решению, не могли не доставлять ей удовольствие, Софи не способна была обманывать себя мыслью, будто Чарльз вознамерился разорвать свою помолвку с мисс Уорэкстон. Этого нельзя было ожидать от Чарльза, как бы пренебрежительно он ни относился к соблюдению правил приличий, ведь ни один достойного воспитания мужчина не мог нанести подобное оскорбление девушке. При этом Софи также не могла предположить, что мисс Уорэкстон, несомненно знающая о равнодушии жениха к своей персоне, сама положит конец союзу, который предполагал столь малую перспективу будущего счастья для каждой из сторон. Мисс Уорэкстон только и говорила, что о приближающейся церемонии, и никто не стал бы сомневаться, насколько брак с человеком, с которым Юджиния едва ли имела сходное мнение хотя бы по одному вопросу, был все-таки предпочтительнее для нее, чем положение старой девы.

Софи, обхватив подбородок руками, сидела и ткала свою паутину, вовсе не обескураженная ситуацией, которая, конечно же, укротила бы менее непреклонную натуру. Те, кто знали мисс Стэнтон-Лэйси лучше, мгновенно насторожились бы, понимая, что ее решение, однажды принятое, уже не изменят никакие соображения уместности и ничто не в силах удержать ее от осуществления планов, которые могли бы оказаться столь же возмутительными и предосудительными, сколь и оригинальными.

«Ошеломить – значит победить» – это высказывание, произнесенное каким-то генералом в ее присутствии, пришло ей на ум.

Она обдумала его и признала правильным. Если не застать Чарльза или Сесилию врасплох, ничто не заставит их свернуть с выбранной ими дорожки подчинения условностям. Выходило, их следовало вынудить испытать внезапный шок, причем в полной мере.

Непосредственным результатом всех ее размышлений стала беседа с лордом Омберсли, которого она перехватила по его возвращении на Баркли-сквер со скачек, где он провел весь день.

Его светлость, решительно направлявшийся в свой кабинет, это свое уединенное убежище, почуял опасность и поторопился сообщить племяннице, что он спешит, поскольку его ждут к обеду, куда ему требуется непременно попасть в пределах часа.

— Ничего страшного, – сказала Софи. – Вы виделись сегодня с Чарльзом, сэр?

— Конечно, я видел сегодня Чарльза! – проявил нервозность его светлость. – Еще утром!

— И больше нет? Он не говорил с вами о Сесилии?

— Нет, он ни о чем со мной не говорил. И скажу тебе, Софи! Я больше ничего не хочу слышать о делах Сесилии! Мое решение окончательно: я не желаю ее замужества с этим малым, с этим поэтом!

— Дорогой сэр, – обрадовалась Софи, горячо сжимая его руку, – не поддавайтесь на уговоры, не сходите с места. Я вынуждена сообщить вам ужасную новость. Чарльз собирается уговорить вас дать согласие на помолвку. Но вы должны стоять на своем.