Онлайн книга «Великолепная Софи»
|
Не получив никакого одобрения от брата, он не стал больше развивать эту тему, снова отстал и опять присоединился к сэру Винсенту. Мистер Ривенхолл передал поводья Софи, заметив при этом, что рад возможности не ехать в ландо. Девушка воздержалась от каких-либо высказываний, и остальная часть пути прошла очень приятно, причем никаких спорных тем, способных испортить их хорошие отношения, не возникало. Обитель, приготовленная для маркизы сэром Горацием, представляла собой просторный дом в стиле палладианской виллы, удачно расположенный в прелестном парке с примыкающим к нему лесом, полным колокольчиков, хотя и отгороженным от основного парка, в который можно было попасть через изящные кованые калитки, привезенные из Италии еще предыдущим владельцем. Несколько невысоких ступенек вели от места высадки карет до парадной двери, дверь эта к моменту, когда к дому приблизилась коляска, распахнулась. Худощавый мужчина, одетый в черное, вышел из дома, остановился на верхней ступеньке и поклонился. Софи поприветствовала его в своей обычной дружелюбной манере и сразу поинтересовалась, где мистер Ривенхолл мог бы разместить своих лошадей. Худощавый мужчина, словно фокусник, щелкнул указательным и большим пальцами, и, откуда ни возьмись, появился конюх, который тут же подбежал к серым. — Я прослежу, как их устроят, Софи, и приду сюда уже вместе с матерью, – сказал мистер Ривенхолл. Софи кивнула и поднялась по ступенькам со словами: — Гастон, помимо тех, кого вы ожидали, к нашей компании добавились еще двое. Надеюсь, вы не станете возражать против этого. — Никакого беспокойства, мадемуазель, – важно ответил Гастон. – Мадам ожидает вас в салоне. Маркизу она нашла полулежавшей на диване в гостиной, окнами выходящей на южную лужайку. Раннее весеннее солнце совсем не жарило, но шторы были слегка приспущены, закрывая окна наполовину и не пропуская в комнату свет. Из-за зеленого цвета шторы, подобранного под цвет обивки стульев, в помещении царила какая-то подводная мгла. Софи немедленно откинула шторы. — Сансия, вы не можете укладываться спать, когда ваши гости уже почти в дверях! – возмутилась девушка, поспешно поднимая шторы. — Софи, мой цвет лица! Ничто столь не вредит ему как солнечный свет! Сколько раз я уже говорила вам об этом! – раздались слабые стенания с дивана. Софи подошла к маркизе и нагнулась поцеловать ее. — Да, дражайшая Сансия, но моя тетушка сочтет вас весьма странной особой, если вы останетесь лежать тут в темноте, в то время как ей придется наугад нащупывать дорогу к вам. Сейчас же вставайте! — Ладно, я встану сразу же при появлении вашей тети, – с достоинством ответствовала маркиза. – Если она уже в дверях, значит, это надо сделать сейчас. Я недовольства никак не вызову. В доказательство этого утверждения она расправила необычайно красивую с вышивкой шаль, высвободила ноги, скинула шаль на пол и позволила Софи помочь ей подняться. Это была жгучая брюнетка, одетая скорее во французском, нежели в английском стиле. Ее роскошные черные локоны покрывала мантилья, накинутая поверх высокого гребня. Поверх атласного полотна на ее платье был пущен газ, ткань плотно облегала тело ниже полных грудей и слишком откровенно демонстрировала ее формы, много откровеннее, чем леди Омберсли, вероятно, могла счесть приличным. Всю эту пышность форм, однако, слегка прикрывали всевозможные шарфы и шали, которыми она драпировалась для защиты от предательски коварных сквозняков. Мантилья была прикреплена к ее низкому корсажу невероятно большой изумрудной брошкой; другие изумруды, в массивной золотой оправе, свисали с мочек ее ушей; дважды обвиваясь вокруг шеи, почти до пояса спускались те самые, знаменитые жемчужные нити. Испанка была необыкновенно хороша, с большими томными карими глазами и лицом цвета сливочного крема, слегка подкрашенного рукой художника. Ей только исполнилось тридцать пять, но округлость форм заставляла ее со стороны казаться старше. Она никоим образом не напоминала вдовушку, и эта мысль первой посетила леди Омберсли, когда та вступила в комнату и пожала протянутую ей руку. |