Книга Тигриный лог, страница 210 – Юлия Чеснокова

— Если бы не Лео, я бы так и сделал. Ты бесишь своей вездесущностью! Да ещё с видом эдакого умника.

— То есть, ты реально не осознаёшь, что выглядишь примерно так же со стороны? — не испугавшись на этот раз и доверяя авторитету Лео, вперила я руки в бока. — Или ты и сам себя бесишь?

— Может, и бешу, — сбился гонор Сандо и он, отведя глаза, присел, чтобы поднять щетку. Уже почти разозлившаяся на него, я опомнилась. Я не могу сердиться на него за то, что жизнь окунула его в трагедию, лишившую всё смысла, сбившую его с ног. Как нельзя было злиться на Ви за то, что он не умел писать до стольких лет, как нельзя злиться на Ходжуна, что он плохо видит. Они такие, они не виноваты в том, что имеют недостатки. Мы все их имеем. Вот у Сандо основной изъян — агрессивность. Я тоже не сахар. Сахар у нас только Сахарный. И тот не без перца с солью.

— Прости, я не хотел хамить, — извинилась я же перед ним, совершенно обезоружив парня. Нет, не совсем. У него в сапоге остался запасной ножичек, и он попытался в последний раз:

— А я хотел. Доволен?

— А я что? Я рад, если ты рад. Я о себе не думаю, — повторила я сентенцию местных старейшин и принялась мочить тряпку, чтобы накрутить её на швабру.

— Тоже мне, апостол, — Сандо притих, поглядывая, как я смиренно занимаюсь своим делом. Его всё ещё распирало, но, чувствуя подсознательно, что я не поддамся на провокации, брюнет прижал себе хвост. — Я, что ли, о себе думаю? Да плевать я на себя хотел…

— Осталось только перестать на других плевать, — мелодично пропела я между тем, взявшись за уборку.

— Опять за своё? — начал наливаться он гневом, но тут, вовремя, до нас добрался Джеро, как всегда освещающий прекрасной улыбкой любой тенистый закоулок. Вальяжной походкой франта, он определенно напрашивался на внедрение себя в навозные кучи, просто чтобы посмотреть, каково ему будет.

— О, отряд колхозников уже в сборе? — поставив ведро, он закатывал рукава, поглядывая на пробивающиеся солнечные лучи. Словно знал, как выигрышно под ними смотрится его сексапильное лицо. — Вот и добрались до нас все нюансы армейской жизни. Хорошо, что не сортиры. Хорошо, что не своими зубными щетками.

— Вряд ли ты в должной мере представляешь, что такое быт в армии, — проворчал Сандо.

— А ты представляешь? — беззаботно полюбопытствовал Джеро. Ему не ответили. Пиратская личность самого жестокосердного нашего брата лишь сильнее заскребла щеткой по плиткам.

— Почему бы не ответить, если тебя спросили? — как можно ласковее постаралась облечь я замечание в форму кратчайшей просьбы. Челом бью, Ваша Светлость. Сандо зыркнул так, что в ушах повторилось "вездесущий!".

— Я же служил, — профырчал он, как застоявшийся конь в стойле.

— А, да-да, точно, — закивал Джеро, опускаясь на колени и присоединяясь к нам. — И как оно? Хуже или лучше, чем тут?

— Одинаково, — ответил молодой человек так, чтобы быстрее отвязаться от нас. Но я твердо решила начать пробивать брешь в этой смуглой крепости. Не верю, что в нем не осталось ничего хорошего. Феникс вообще из пепла возрождается, неужели живого человека к жизни не вернём?

— Ты там начал учиться драться? — Сандо сделал глубокий вдох. Чтобы не послать меня, судя по всему.

— Нет, я с подросткового возраста увлекался.

— А ещё чем-нибудь увлекался?