Книга Тигриный лог, страница 209 – Юлия Чеснокова

— Да мне даже приятно было.

В дверях образовался Хенсок. Разгулялся в последние дни — везде топчется, будто шаманит что-то. Добродушно, с оттенком хитрого умысла, щерясь, он прямо подошел к нам.

— Ну, как дела, ребята? — встряв между нами, любопытно наблюдал за нашей деятельностью Хенсок.

— Всё хорошо, директор, — отчитался Шуга, вызвав на лице того ещё более широкую дугу.

— А где ваш вечный третий? — это он о Ви, разумеется.

— С мастером Ли занимается.

— А-а!.. — протянул старик. Чего ему надо? Как будто бы ничего. Но просто так у него не бывает, я заучила. — А я вот решил в последний раз в году козочек выпасти. Пока ещё кое-какая травка осталась. Хо, надо бы, пока их не будет в хлеву, вычистить его хорошенько.

— Ладно, — приняла я к сведению. Вот оно что, пришёл дать очередное задание. Я не против, занимая руки, освобождаю голову от ассортимента риторических заморочек.

— Но ты один не справишься, поэтому я пойду ещё Джеро позову, — мы с Шугой переглянулись, без задних мыслей. Просто показался странным выбор, но Хенсок не оттягивая обосновал: — Надменный мальчик, надо как-то сбивать спесь, а что работает лучше, чем подметание какашек, правда? — Юнги прыснул смехом, чуть не подавившись.

— Учитель, а вы коварный, — выдавил он, успокаиваясь.

— Всё для его же блага, — по-стариковски, как болванчик, закачал головой дедушка, хотя я знала, что он куда бодрее и сильнее, чем прикидывается. Опять что-то разыгрывает для профилактики. — Вдвоём справитесь?

— А вы всех надменных принимаете? — обратился к нему Шуга. — Возьмите им в компанию Сандо, а?

— Эй! — возмущенно пихнула я его в бок.

— Сандо? — оценил Хенсок. — В самом деле, ему тоже полезно.

— Ну, спасибо! — сгримасничала я Шуге. Он легкомысленно пожал плечами, делая вид, что не при чем. Ничего веселого. Не ему же теперь идти в подобную компанию, изверг.

Со щеткой, ведром, шваброй и сменными тряпками, я столкнулась с Сандо ещё на пути к сараям. Он тоже нес ведро воды и щетку, и очень нелюбезно на меня взглянул, поняв, что у нас с ним одно направление.

— Куда это ты? — грубо бросил он.

— Туда же, куда и ты — убирать за козами, — не было сил и желания перенимать его манеру и заводить грызню.

— Но Хенсок меня и Джеро снял с занятий для этого… — Сдерживая желание плечом выбить меня с тропинки, уронив на газон и ликвидировав, прозвенел сквозь зубы Сандо.

— Ты думаешь, я сам напросился на эту работу? Что сказал настоятель — то и делаю. Какие претензии?

— Никаких, — поставил обманчивый штамп парень. Так уж и никаких! Он готов придираться ко всему, язвить и злить без повода, лишь бы как-то вытравливать из себя застоявшуюся ярость.

— Врать нехорошо, — спокойно выдохнула я. Он убийственно на меня покосился. — Если есть, что сказать — говори. Выслушаю, как в прошлый раз.

— Ты в исповедники записался? — хмыкнул он.

— Нет, но тебе не помешало бы записаться в исповедуемые, — мы дошли до деревянной изгороди по пояс, отделявшей притвор хозяйственной постройки от двора. Молодой человек ухнул принесенное на землю. Ведро задребезжало.

— Ты мне ещё советы давать будешь? Не много на себя берешь?

— А ты? Взял на себя роль крутого, который может надрать мне задницу? — Что-то я начала разговаривать, как ребята. Ещё немного общажной жизни, и я выйду отсюда, матерясь как сапожник.