Книга Лорна Дун, страница 206 – Ричард Додридж Блэкмор

Я ласково поговорил с Лорной, похвалив ее за мужество и восхищаясь твердостью ее духа. Ведь она не бросилась бежать наутек, а молча выслушала все, что сообщил ей Карвер. Она улыбнулась и немного успокоилась, хотя прекрасно понимала, что мое отношение было, конечно, не беспристрастным. Но я-то знал, как ценят женщины похвалу, особенно от тех, кого любят.

Ожидая налета Дунов ночью, мы с Джереми сочли нужным заготовить на всякий случай достаточное количество еды, в частности, жареной свинины, ветчины и баранины. Мы бы скорее сдались, но не позволили нашим защитникам голодать. Солдаты оказались не робкого десятка и по очереди совершали обход фермы.

Прежде чем идти спать, Лорна напомнила мне кое о чем, и я удивился, почему мне самому это не приходило в голову. Правда, как раз перед этим она совершила огромную глупость, по моему мнению. Она подошла к матери, кинулась ей в объятия и попросила разрешить ей вернуться в долину Дунов.

— Дитя мое, разве тебе плохо с нами? — удивилась мать, потому что успела привыкнуть к Лорне и считала ее своей дочерью.

— Нет, что вы, напротив, я счастлива, как никогда прежде, госпожа Рид. Только здесь я почувствовала доброту и человеческое тепло. Но я не могу допустить, чтобы из-за меня вы все подвергались опасности. Отпустите меня, слишком уж дорога цена за мое счастье.

— Милая моя, это не цена, и ничего платить мы им не будем, — спокойно ответила матушка, обнимая девушку. — Ты здесь не виновата. Джон тебе сам скажет. Ведь он неплохо разбирается в политике, а все, что происходит в наших местах, имеет политические мотивы.

Мать одновременнно и боялась, и гордилась тем, что наша ферма стала оплотом и штаб-квартирой самого королевского посланника. Ей даже казалось, что мы непременно со временем должны войти в историю и нас запомнят на века. «Такое бывало и раньше», — любила повторять она, и тогда переубедить ее становилось невозможно. Впрочем, я и не пытался это делать, понимая всю бесполезность подобных дискуссий. Я тихо стонал и уходил из дома, оставляя мать одну со своими размышлениями о будущей славе нашей маленькой семьи. Мать смутно понимала, что происходит вокруг, и только молила Бога, чтобы все обошлось для нас благополучно. Один раз она даже сказала мне, что по окончании всяческих беспорядков меня должны непременно наградить каким-нибудь орденом и я, как всегда, счел излишним разубеждать ее.

Когда Лорна, взволнованная появлением Карвера, пришла ко мне за советом, я мог только порекомендовать одно — если вдруг среди ночи раздастся подозрительный шум, Лорна должна укутаться в одеяло, закрыть глаза и постараться думать только о чем-нибудь хорошем. Я запретил ей подходить к окну, и она, твердо пообещав выполнять все мои указания, вдруг прижалась ко мне и тихо спросила:

— Джон, а мы не можем не участвовать в этой борьбе?

— Любовь моя, — с нежностью произнес я, поглаживая ее шелковистые волосы, — я сделаю все, что зависит от меня. Надеюсь, что все обойдется, но если они решат на нас напасть, я должен суметь отстоять наши жизни.

— Я хочу тебе кое-что сказать, Джон, — продолжала Лорна. — Возможно, это только мои домыслы, и тем не менее, я хочу, чтобы ты знал все, о чем я думаю.

— Говори, дорогая, — насторожился я. — Кому как не тебе знать все повадки и привычки Дунов.