Книга Лорна Дун, страница 95 – Ричард Додридж Блэкмор

Так это или нет, могу сказать, положа руку на сердце, что настолько представительно я еще не выглядел никогда в жизни. А ведь известно, что если человек прилично одет, он начинает и вести себя соответственно своему наряду. И не только потому, что становится более аккуратным из-за страха испачкать костюм, а просто чтобы поддерживать равновесие между внешним видом и своей натурой. Мне даже кажется, что мы начинаем грешить отчасти оттого, что небрежно относимся сами к себе, хотя в этом я могу и ошибаться.

К обеду мы приехали в Порлок и остановились у моего старинного приятеля господина Пуке, который к этому времени успел разбогатеть. И хотя мы прихватили с собой достаточно еды, но решили экономить ее, тем более пообедать в хорошей компании друзей, да еще и за их счет, было куда приятнее. Так что в течение первого дня мы и не прикоснулись к своим запасам. На ночлег в Дунстере нас пустил богатый кожевник, кузен моей матери. Он от всей души угостил нас ужином и пообещал собственноручно вернуть Весельчака домой в конюшню, предварительно дав ему отдохнуть сутки после долгой дороги.

До Бригуотера и дальше до Бристоу мы нанимали лошадей. Все это было для меня настолько необычно, что я запомнил наше путешествие во всех деталях, будто это происходило вчера. Однако я не буду слишком подробно рассказывать о нем. Во-первых, потому, что рядом не было Лорны, и от этого вам станет скучновато, а, во-вторых, с тех пор, я думаю, почти каждый англичанин уже совершал нечто подобное, и ничего интересного в этом не нашел. Но надо заметить, что несмотря на то, что нас было двое, и невзирая на мой рост и силу, мы вряд ли бы смогли избежать конфликтов в пути, если бы не Энни. Каким-то одному ей известным способом она переговорила с Фаггусом, и мы получили нечто вроде подорожной на весь отрезок пути от фермы до самого Лондона. Как только кто-то узнавал, что Том Фаггус мой кузен, перед нами распахивались двери любого дома, и каждый хозяин считал большой честью для себя пригласить нас и хорошенько угостить. Такого эффекта не производил даже красный знак королевской службы моего спутника.

— Лучше я припрячу его подальше, — решил Джереми, срывая с себя повязку. — Под твоим флагом, Джон, мы доскачем куда быстрее. Надо же! Человек, из-за которого мне пришлось голодать всю дорогу туда, теперь кормит меня всю дорогу обратно.

Итак, мы ехали дальше без всяких приключений, время от времени останавливаясь в мелких городках и поселках, и каждый раз трактирщики вели беседы о Фаггусе и сожалели, что он оставил свое ремесло. Некоторые даже просили меня переговорить с ним и убедить его, что на дорогах опять творятся беспорядки и что ему пора вновь навести строгость и вернуть себе былое уважение проезжающих. В частности, владельцы харчевен и таверн жаловались, что слишком мало продается эля и спиртного. Если раньше путешественники с удовольствием пили вместе с благородными разбойниками, то теперь остались только пешие вымогатели, которых никто не то что не боится, но и побрезгует сесть с ними за один стол. Джереми не выдержал и один раз даже пообещал, что он как представитель королевской власти лично побеседует с эсквайром Фаггусом (как теперь его называли) и попробует уговорить его хотя бы ненадолго вернуться к прежнему ремеслу.