Книга Невеста из империи Зла, страница 16 – Эльвира Барякина

Такое двойственное отношение к этой стране Алекс встречал впервые. Как правило, все иностранцы, живущие в СССР, делились на две категории: ворчливых недоброжелателей и восторженных туристов. Первые, в основном посольские работники, терпеть не могли Советский Союз и страстно жаждали перевода в Европу: мол, тут скучно — нет хороших ресторанов, нет ночной жизни, нет круглосуточных магазинов… Вторые, наоборот, сходили с ума от музеев, церквей и тому подобной экзотики. А вот людей, действительно знающих русских и трезво глядящих правде в глаза, были единицы.

— Чего хочешь? — спросил Ховард, когда Алекс появился у него в дверях. При этом его пишущая машинка ни на секунду не прекращала греметь.

Алекс прошел в комнату и, убрав с дивана переполненную пепельницу, сел.

— Ховард, а я мог бы поехать с русскими студентами на уборку картошки?

Стук пишущей машинки оборвался.

— Зачем тебе это?

Алекс неопределенно пожал плечами:

— Я пишу диссертацию по русскому фольклору, следовательно, должен собрать какой-то фактический материал.

— И Ленинской библиотеки тебе мало?

— Конечно, мало. Если я буду переписывать чужие находки, то это уже будет не научная, а переводческая работа.

Ховард поправил свои очки:

— Оно, конечно, так… Но ты, наверное, в курсе, что иностранцам не разрешается отъезжать дальше, чем на сорок километров от места учебы.

— Ну, может быть, есть какие-то исключения?

На минуту в комнате повисла томительная пауза.

— Надо подумать, к кому мы можем обратиться, — наконец произнес Ховард. — Я поговорю с ректором.

Алекс поднялся.

— Скажите ему, что я мог бы поехать вместе с группой моего соседа Миши Степанова — комсомольца и видного общественника. Он бы за мной приглядел.

Ховард согласно кивнул:

— Хорошо, хорошо… Я скажу. Все, иди и не мешай мне работать.

Алекс отступил к двери. Душа его пела: то, что он задумал сегодня в метро, начало претворяться в жизнь. А задумал он следующее: познакомиться поближе с Марикой Седых.

Отправляясь в СССР, Алекс почти всерьез намеревался отдохнуть от женщин: затянувшаяся история с Эми вымотала ему все нервы. Но стоило ему чуть-чуть осмотреться на новом месте, как древний охотничий инстинкт вновь взыграл в нем с прежней силой.

В Москве красотки попадались на каждом углу. В отличие от американок они передвигались по городу либо пешком, либо на общественном транспорте и потому их было видно. Иногда у Алекса аж глаза разбегались — не успеешь как следует рассмотреть какую-нибудь «мини-юбочку», как мимо продефилирует еще десяток. Тут уж волей-неволей впадешь во грех.

— Тебе какие женщины больше всего нравятся? — спрашивал его Жека.

— Те, кому идет голубой цвет.

— Тогда моя бабушка как раз в твоем вкусе, — хихикал Пряницкий. — Хочешь, познакомлю?

Смех смехом, но Алекс давно уже заметил, что у него есть особые пристрастия к женщинам в лазоревом.

Еще важны были тонкие свитера в обтяжку — так, чтобы ткань плотно обхватывала тело.

Еще — желание смотреть по телевизору сразу десяток каналов. Лежать вдвоем на диване и щелкать кнопками пульта — ну разве не красота? Правда, к СССР этот пункт был неприменим (у местных телевизоров вообще не было пультов дистанционного управления). И тем не менее.

Еще — способность не завтракать до двух часов дня.