Книга Коннемара, страница 193 – Николя Матье

Кристоф со своей стороны просто ждал, когда все закончится, и с Элен они эту тему не обсуждали. Что ни говори, а политика приводила только к ссорам, а в конечном счете ничего не менялось. В понедельник все равно топать на работу, возвращаться в привычный ритм, наблюдать рост цен на электричество и суммы страховых взносов, чувствовать, как шаг за шагом тебя лишают даже ничтожных преимуществ, держаться, несмотря на постоянное снижение уровня счастья, и решать, как в следующий раз забрать сына, на машине или электричке, и куда его свозить на каникулы.

— О чем думаешь?

На каблуках Элен была выше его сантиметров на пять. Она обняла его одной рукой, посмотрела с озорством и поцеловала в лоб. От нее пахло алкоголем и духами.

— Ни о чем, – ответил Кристоф.

— Я посмотрела, где наши места.

— И?

— Сидим рядом с твоим отцом. И с Дидье, старшим братиком-солдатиком.

— Он еще козу на колени возьмет.

— Какую же дичь вы устроили. Бедное животное. Вы тут совсем безбашенные!

— За это нас и любят.

Кристоф обнял ее за талию, и они стояли так, прижавшись, наконец снова, как в юности, счастливые, доверчивые этим чудным вечером, словно котята.

Вскоре гостей пригласили внутрь – настало время садиться за стол.

Их ожидали длинные деревенские столы с бумажными скатертями, именные места, перед каждым – пакетик драже. Кристоф посмотрел меню. Свекольные чипсы с муссом из репы, каре ягненка, сырная тарелка и десерт вашрен. За их столом оказалась одна хрестоматийная пара: Микаэль был просто товарищем жениха по рыбалке, а его жена, Джованна, с крашеными волосами и синими тенями на веках, работницей детского сада. Все улыбались направо и налево, с готовностью вступали в разговор, слишком охотно смеялись над шутками Дидье. Отец Кристофа выглядел совсем счастливым. Это было видно по блеску в глазах и по манере безостановочно кивать, совсем как те маленькие собачки, которые когда-то было модно крепить на заднее стекло машин.

После закусок Элен вышла на улицу покурить, Кристоф с ней. Хмель от шампанского начал улетучиваться, и теперь она пила только воду, по-прежнему твердо намеренная не оставаться здесь на ночь.

— Все хорошо? – спросил Кристоф.

— Да. И, пожалуй, не стоит возвращаться слишком поздно.

— Мы же только сели за стол.

— Знаю. Просто я немного устала.

Кристоф сильно затянулся электронной сигаретой. Вдоль огромных, в пол, окон, через которые все любовались закатом, а теперь – чернотой ночи, можно было насчитать с десяток курильщиков, периодически сменяющих друг друга. Когда внутри взвизгнули динамики, они обернулись в едином порыве, словно на звук выстрела.

— Дамы и господа!

На сцене у диджейского пульта возник какой-то почти лысый шкет с эспаньолкой и в навороченных очках. Он представился этаким гнусавым голосом, характерным для дешевых микрофонов, и спросил, хорошо ли народ проводит вечер. Никто не отозвался, тогда он повторил вопрос, и гости выдавили единодушное, но довольно вялое «да».

— Смотрю, вы жжете! – прокомментировал диджей.

Он выдал несколько банальных острот об опасностях брака и достоинствах хорошей супруги, затем вытянул на сцену одного из родственников, мужчину в пиджаке с воротником-стойкой.

— Ну что ж, а теперь к делам серьезным!

Он потер руками и оскалил зубы в дьявольской ухмылке в разноцветье огней.