Книга Восточная прогулка, страница 85 – Марина Серова

— Добей.

Дима откинулся в кресле. Не было страха — со мной он был настолько спокоен, насколько это вообще возможно в нашей профессии. Появилось другое. Глубокое, холодное, профессиональное отвращение. Он видел, как инструменты, созданные для приватности, для защиты, для свободного обмена идеями, извращались и превращались в орудие для организации убийства. Его родная цифровая стихия, пространство чистого интеллекта и логики, использовалась для такой примитивной, грязной цели. Для него это было кощунством. Предательством не людей, а самой сути технологий. Он смотрел на это слово — «Добей» — и за ним видел не команду, а равнодушное, расчетливое лицо женщины, которая, не моргнув, подписывает смертный приговор. В этот момент Дима Громов перестал быть просто технарем, помогающим другу. В его глазах зажглась та самая холодная искра, которую я видела у себя в зеркале перед сложной работой. Он стал судьей. И у него уже был готов приговор и инструмент для его исполнения.

Он не стал писать мне, отвлекать меня в самый критический момент. Вместо этого его пальцы вновь зависли над клавиатурой, а потом застучали с новой, отточенной резкостью. Он вызвал на экран сложную схему — план операции «Возмездие». Это был не просто сценарий рассылки. Это была многослойная, эшелонированная атака, спланированная им как шахматная партия в несколько ходов. Первый ход — создание алиби. Дима запустил серию команд, которые подняли на удаленных серверах в Хельсинки, Сингапуре и Сан-Паулу виртуальные копии его рабочей среды. Весь последующий трафик будет идти через эти узлы, создавая цифровую мишуру для любого, кто попытается выйти на источник. Следы приведут в тупик, к брошенным цифровым квартирам в разных уголках мира.

Второй ход — подготовка оружия. Дима открыл несколько зашифрованных контейнеров на своем диске. Он начал собирать досье. Это был ювелирный процесс. Он не скидывал все подряд. Он создавал повествование. Первый файл — финансы. Сюда вошли выписки с офшорных счетов Лидии, полученные им через взлом посреднической фирмы на Кипре. Переводы от подставных фирм, связанных с «Кавказстроем». Суммы, даты, номера договоров-призраков. Все было очищено от следов его взлома и подано как данные от анонимного источника в банковской сфере. Дима сопроводил это таблицей с пояснениями, где каждая сумма соотносилась с конкретной статьей Ветрова или этапом ее подготовки к публикации. Получилась кристально ясная картина оплаты за молчание, а затем — за ликвидацию.

Второй файл — оперативная деятельность. Сюда вошли логи переписки из мессенджера. Дима аккуратно вырезал все, что могло указать на его методы взлома, оставив только суть: даты, временные метки, координаты, которые Лидия передавала Ковальчуку. Он построил временную шкалу, наложив ее на наш маршрут по Владикавказу. Получилась наглядная схема предательства в реальном времени. И венцом этого файла стала последняя перехваченная команда с координатами промзоны и словом «Добей». Дима выделил ее красным.

Третий файл был для внутреннего пользования редакции. Без откровенно криминальных деталей взлома, но с неопровержимыми фактами связи Лидии с картелем и попытки устранения журналиста. Этого было достаточно для увольнения и передачи дела в правоохранительные органы самим изданием.