Книга Во имя Жизни, страница 146 – Дарья Кузнецова

— А догадаться, что уходы от темы напрягают меня гораздо сильнее, чем твои спортивные жертвы? — ехидно поинтересовалась я.

— Не ворчи, — улыбнулся он, выставляя передо мной на стол внушительных размеров тарелку с двумя ложками в ней.

— Что это? — растерянно оглядев красно-белую неоднородную массу, я настороженно вытаращилась на мужчину.

— Это — творог. С малиновым вареньем! — гордо сообщил мужчина. — Иди сюда, будем завтракать.

— А почему вот этим? — насмешливо кивнула я на тарелку.

— А почему нет? — он пожал плечами. — Еда как еда, очень вкусно. Впрочем, если не хочешь, я сам всё съем… Что смешного-то?

— Ладно, давай сюда своё здоровое питание, — всё ещё хихикая, я перебралась на колени к мужчине. — И ты мне лучше сразу скажи, чем меня велели кормить. И что тебе Леся в этом вопросе насоветовала! Я хоть морально подготовлюсь.

— С тобой неинтересно, — усмехнувшись, сообщил он. — Ты всегда всё знаешь.

— Не всё, но… Вань, меня так мама лет в шесть нелюбимой кашей кормить пыталась, что вроде как за компанию — вкуснее, — весело фыркнула я. — Ну и так вообще, я в курсе, что такое творог, да. В больнице познакомились, — я недовольно наморщила нос. — Хотя, с малиновым вареньем, определённо, он гораздо вкуснее…

— Я его тоже, честно говоря, не очень уважаю, — доверительно сообщил Барсик.

— А зачем ешь?

— А чтоб тебе не скучно было одной мучиться, — улыбнулся он. — К тому же, с вареньем, кстати, действительно вполне неплохо. Особенно если мешать один к одному.

— Вань, я тебе говорила, что ты не человек, а самое настоящее чудо? Не бывает таких людей в природе!

— Ты мне зубы-то не заговаривай, — насмешливо хмыкнул мужчина. — Ешь. Тут как минимум треть твоя, а лучше — половина!

— Уговорил, — вздохнула я. — И совершенно не обязательно составлять мне в этом компанию. Впрочем, если очень хочется…

— Хочется, хочется. Когда ещё появится такая возможность приобщиться к здоровому питанию! — с улыбкой сообщил он, целуя меня в шею и прижимая за бедро к себе покрепче. Я тут же воспользовалась возможностью отвлечься от здорового питания на нечто несравнимо более приятное и, вынудив его запрокинуть голову, с чувством поцеловала. — Всё-таки, я ужасно соскучился! — пробормотал Барс через некоторое время.

— Я тоже. И ещё — очень хочется весь день провести дома. Можно даже непосредственно в кровати, — вздохнула я, прижимаясь лбом к его лбу.

— Искусительница. Тебе что доктор сказал?

— Можно, только осторожно. Он это, между прочим, при тебе говорил, — весело хмыкнула я. — А ещё — побольше положительных эмоций.

— Вот именно, что осторожно, — нервно хмыкнул он, свободной ладонью накрывая мой живот. — А я за себя сейчас совершенно не ручаюсь, и очень боюсь навредить вам обеим.

— Ничего, зато я в тебе совершенно уверена! — отмахнулась я, отставляя остатки творога и обнимая мужчину обеими руками. Поесть я всегда успею, а вот по Барсику я за это время успела соскучиться настолько, что его объятья начали мне сниться.

Долго уговаривать Зуева, несмотря на все его тревоги, не пришлось. Он легко подхватил меня на руки и практически на ощупь двинулся в сторону спальни. А там…

С точки зрения доктора Ангарского мы, наверное, переусердствовали, потому что остановиться и оторваться друг от друга не могли довольно долго. Впрочем, мужчина был настолько осторожен, насколько это вообще было возможно, постоянно аккуратно меня придерживал и с почти пугающей тщательностью контролировал моё положение в пространстве. Первое время я ещё пыталась проявлять чрезмерную активность, но все мои попытки мягко, но настойчиво пресекались. Ругаться из-за подобных вещей было как-то глупо, смеяться тоже не особенно тянуло, так что в итоге оставалось расслабиться и получать удовольствие.