Книга Щепотка пороха на горсть земли, страница 110 – Дарья Кузнецова

Чжур сидел прямо на траве вблизи лошадей, и его присутствие скакунов не заботило.

— А вот и хосяин плишел, — проговорил он с заметным акцентом и широко улыбнулся. Глубокие морщины, избороздившие коричневое от времени лицо, пришли от этого в движение, укладываясь немного иначе, однако спрятанные под набрякшими веками глаза оставались непроницаемыми. — Хороший хосяин, — решил чжур и проворно поднялся на ноги, без старческого кряхтения.

— Здравствуйте, — проявил вежливость Косоруков и принялся распутывать ноги Гранату, с интересом поглядывая на старика.

— Очень хороший хосяин, — удовлетворенно кивнул тот. — И ты будешь сдоров.

Больше он ничего не сказал, только стоял и с интересом наблюдал за действиями охотника. А тот тоже не спешил первым заводить беседу — ну смотрит и смотрит, враждебности не проявляет, и ладно. Может, он какой-то местный сумасшедший, а может, наоборот, вождь такой своеобразный, не все ли равно.

В молчании Косоруков распутал лошадей, взял обеих за поводья и потянул к ручью, чтобы напоить. Зорька, как обычно, плелась вяло и лениво, тяжело вздыхая, а Гранат приплясывал и все пытался прихватить зубами за карман, выпрашивая угощение, так что пришлось перехватить его под уздцы.

— Лошадь побелеги, — голос чжура сбоку прозвучал неожиданно и заставил, вздрогнув, обернуться. Старик шел немного в стороне так легко и тихо, что Дмитрий не заметил бы его даже без стука копыт и шумного дыхания скакунов совсем рядом.

Но опасности он как будто по-прежнему не представлял, поэтому охотник решил поддержать разговор:

— О чем вы?

— Лошадь. Лебенок будет, мальсик. Хороший, сильный, — пояснил он. Несмотря на выраженный акцент, говорил чжур уверенно, легко подбирая слова.

— Рад за нее, — вздохнул Дмитрий, насмешливо глянув на Граната — единственного кандидата на роль папаши.

Он не стал спрашивать у незнакомца, как тот с одного взгляда определил жеребость кобылы, которая если и наступила, то не раньше, чем пару дней назад, а тем более определил пол и стать будущего жеребенка. Мало ли, вдруг и правда может. Насмотревшись на здешние чудеса, Косоруков стал гораздо осторожнее в использовании утверждения "это невозможно". Ну а если чжур — просто выживший из ума старик и мелет чушь, то спорить с ним тем более глупо.

Так они и дошли сначала до ручья, потом — до заимки. Желтокожий маячил поблизости и больше не заговаривал, до тех пор, пока его не заметила Анна, вынесшая наружу собранные вещи.

— Шаоци? — изумленно уставилась она на чжура, потом опомнилась и поздоровалась по их обычаю — поклонилась, сложив ладони над сердцем. — Как ты здесь оказался?

Дмитрий едва удержался от глупых уточняющих вопросов вроде "вы знакомы?". И даже вскоре вспомнил, что уже слышал это имя — так Анна называла старшего шамана. Так что на чжура он взглянул с новым интересом.

— Будь сдорова, хосяйка, — ответил он тем же жестом и степенно приблизился. — Посмотлеть хотел. Ийнгджи сказал, встлетил вас, интелесно.

— И как? — с легкой настороженностью уточнила Анна, почему-то бросив на Косорукова напряженный взгляд.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнул тот.

— Что именно хорошо? Вы вообще о чем? — полюбопытствовал Дмитрий, который успел за это время привязать лошадей и принялся чистить Зорьку.